Америка. Приехали!

Если, к примеру, болит голова, то прикладываем лицевой стороной фотографии к голове. Если болит нога, то прикладываем к ноге. Если болит рука … Вы правильно догадались – прикладываем к руке. Но оставлять на ночь нельзя, поскольку боль должна быть контролируемой.

Потом перешла к амулетам с браслетами. Несёт всякую дребедень по поводу, когда надо браслеты носить, когда снимать, чтобы энергию свою они попусту не расходовали. Самое смешное, что эмигранты наши, зрители, которых вроде бы на мякине не проведёшь, сидят и эту чушь собачью записывают, а потом ещё и вопросы задают, в основном, конечно, экономического характера.

"Скажите, пожалуйста, – кто-то с места интересуется, – а можно купить один амулет на семью и носить по очереди? А то как бы дороговато".

Но у тётки нашей на этот счёт ответ уже давно заготовлен.

"Ни в коем случае! – говорит. – Амулет, он как живой, настраивается на определённый организм, ритм биологический. Передавать друг другу нельзя, а то не польза будет, а сплошной вред.

Сами выбирайте, что важнее здоровье или 50 долларов".

Ну тут я тоже вопрос задал, как раньше писали в моих комсомольских характеристиках, из хулиганских побуждений.

"А если у меня, – говорю, – геморрой. Куда фотографию прикладывать?"

Вокруг люди зашушукались, зашевелились, точно обиделись. Жена в бок толкает – веди, мол, себя прилично. Но тётка на сцене ушлая, тут же нашлась. И не в таких переделках бывала. Интеллигентно, культурно отвечает: "Если боль в труднодоступных местах, то прикладывать надо к животу, к пупу".

Там, мол, начало жизни. Потом сообразила, что с инструкциями по пользованию надо завязывать. Торговля шаманскими товарами идёт хорошо, бойко, с огоньком. Так что можно двигаться дальше.

"А теперь ? внимание! – завопила тетка. – Мы теперь переходим к следующему пункту нашей программы. Единственное в мире, массовое шаманское излечение народа! Нужно, – говорит, – двенадцать волонтёров, добровольцев то бишь, в меру больных, но и в меру здоровых, чтоб могли на сцену эту без носилок подняться.

Просим, просим – не стесняйтесь".

Поначалу люди особо на сцену не рвались. Мало ли что будет. Может, танец шаманский заставят плясать. Срамно будет, неудобно перед знакомыми. Так что тётка с трудом с десяток добровольцев из зала наковыряла. Чуть ли не силком, не под руки тащила на сцену. В конце концов ей самой это надоело и говорит она в сердцах: "Ещё два местечка пока есть, хотя, впрочем, как знаете.