Ангелы Опустошения

– Тогда каково значение пустоты?

Шидэ берет метлу и метет пустое пространство, я однажды видел, как это делает Ирвин Гарден – они бредут прочь, посмеиваясь, в тумане, и остаются лишь несколько ближайших камней и наростов, что мне отсюда видно, а выше Пустота уходит в Облако Великой Истины верхних туманов, ни единой чернеющей рамы, это гигантский вертикальный рисунок, а на нем 2 маленьких учителя и над ними пространство бесконечно —

– Ханьшань, где твоя тряпка?

– Сушится на скале.

Тысячу лет назад Ханьшань писал стихи на утесах вроде вот этого, туманными днями вроде вот этого, а Шидэ подметал монастырскую кухню метлой, и они посмеивались вместе, и Императорская Рать приходила издалека и исширока, чтобы найти их, а они лишь убегали, прятались, по трещинам и пещерам – Вдруг я вижу, как Ханьшань появляется перед моим Окном, показывает на восток, я смотрю, и там только Ручей Три Дурня в утренней дымке, смотрю обратно, Ханьшань исчез, опять смотрю, что он мне показал, там только Ручей Три Дурня в утренней дымке.

Что еще?

13

Потом наступают долгие дневные грезы о том что я сделаю когда выберусь отсюда, из этой горновершинной западни. Просто дрейфовать и брести вниз по этой дороге, по 99-ке, поститься, мож только филе-миньон на горячих угольях как-нибудь вечерком на пересохшем дне реки, с хорошим винцом, а наутро дальше – в Сакраменто, Беркли, наверх к домику Бена Фейгана и перво-наперво прочесть это хайку:

Проехал стопом тысячу

миль и принес

Тебе вина

– мож поспать у него на травке во дворе той же ночью, по крайней мере хоть одну ночь в гостинице Китайгорода, одну долгую прогулку по всему Фриско, один большой китайский, два больших китайских обеда, увидеть Коди, увидеть Мэла, поискать Боба Доннелли и остальных – кой-чего тут и там, подарок для Ма – к чему строить планы? Буду просто дрейфовать по дороге, посматривая на неожиданные события, и не стану останавливаться аж до Мехико.

14

У меня тут наверху есть книжка, признания бывших коммунистов, которые бросили это дело как только признали его тоталитарную звериную сущность, «Божество, потерпевшее крах»[14 - «The God That Failed» (1949) – сборник из шести эссе писателей и журналистов, разочаровавшихся в коммунизме. Помимо работы французского писателя Андре Жида, в книгу вошли эссе Луиса Фишера, Артура Кёстлера, Игнацио Силоне, Стивена Спендера и Ричарда Райта.