Бунт при Бетельгейзе

 – По гуманным законам Баранбау в этом случае повешение заменяется пожизненным заключением. А где заключение – там и возможность сбежать… Дурные же гены, согласно нашим законам, не должны распространяться.

Эдик зажмурился, распахнул глаза и почти закричал:

– Пишите! Никакого капкана у меня не было! Охотиться я не собирался… Тем более, на госпожу… Не помню, как там ее фамилия. На Кухарку Розу, одним словом. Она гналась за мной, хотела изувечить. И изувечила. Вот, руку видели? А я схватил первый попавшийся под руку предмет.

В магазине охотничьих принадлежностей.

– Быть этого не может! – заорал прокурор.

– Вот именно! – в один голос гаркнули полицейские.

– Почему? – удивился Эдик. После отключки он пока неважно соображал.

– Потому что магазин имеет все необходимые сертификаты. Он не мог торговать запрещенным охотничьим снаряжением, – объяснил один из полицейских. – Вот и владелец магазина заявил, что такого капкана в его заведении никогда не было и быть не могло.

– Как это?! – опешил Цитрус.

 – А вы смотрели все эти сертификаты?

– Уж будьте уверены, подозреваемый, – хмыкнул второй. – Ведь магазин принадлежит сыну уважаемого господина прокурора. За кем, как не за сыном, следит он больше всего? У кого, как не у него, образцовый магазин охотничьих принадлежностей? Найдутся сотни свидетелей, которые подтвердят, что никаких запрещенных капканов в магазине не имелось. Так что лучше вам рассказать всё, как было.

– Ну я и вляпался! – загрустил Эдик.

– Точно, вляпался, – почти сочувственно кивнул прокурор.

 – Поэтому думай, чмо болотное, где ты взял этот капкан. Сообразишь быстро – срок небольшой получишь. А будешь глупости всякие болтать, насчет того, что нашел этот капкан в магазине моего сына, запираться, скрывать от правосудия истинное положение вещей – стерилизация и веревка.

Цитрус едва не заплакал.

– Простите, а как вы меня назвали, господин прокурор?

– Чмо болотное, – равнодушно повторил человек в белом халате. – Есть такая раса слаборазумных существ на Дельте Секстанта.

Так вот ты на этих чмов очень похож. Но это лирика. Тобой тут интересовались весьма уважаемые люди. Швеллер и Иванов. Слышал про таких? Умоляли посадить тебя в одну камеру с их доверенными лицами. Я так думаю, до суда ты всё равно не доживешь…

– Как же быть? – пробормотал Цитрус.

– Ты ведь никогда не был на астероидах, Эдвард? Знаешь, там можно существовать вполне сносно, если на воле есть кому о тебе позаботиться.