Бунт при Бетельгейзе

– Сто грамм, – хохотнули за дверью. – Всё готово? Или пока разминаешься?

– Заходи, увидишь. Я хочу накинуть тебе кое-что сверху. Возникли проблемы…

– Какие проблемы? – Голос стал обеспокоенным. – Это обойдется тебе в лишних пару тысяч…

– Не ломай голову. Хозяева башляют, – проскрипел Цитрус.

Лязгнул простой механический засов, дверь приоткрылась, и в камеру проскользнул тюремщик – тот самый, с подкрученными усиками. Увидеть Цитруса для него было большой неожиданностью.

– Здравствуй, сволочь, – воскликнул Эдвард, хватая шею тюремщика крюком протеза.

 – Убить меня захотел?

Охранник оказался неробкого десятка. Занятия по рукопашному бою он явно никогда не пропускал. Вывернулся, ухватил Эдика под локоть и за воротник и красиво швырнул через бедро. Цитрус хлопнулся об пол с глухим шлепком и выкрикнул:

– Дылда, убивают!

– Чего? – продажный коп поставил ногу на грудь Эдика и обернулся к стене.

Под могучим ударом плеча пластик разлетелся с треском. В камеру ворвался Дылда. И ринулся на охранника.

Тот шагнул в сторону и подставил здоровяку подножку. Вместо того чтобы упасть в одиночестве, Дылда успел сграбастать копа левой лапищей – и рухнул на пол вместе с ним. Цитрус шустро откатился в сторону.

Вскочили на ноги дерущиеся одновременно. Охранник провел серию блестящих ударов по массивной груди коска и плотной широкой физиономии. Шлепки возвещали о соприкосновении костяшек с телом и лицом Дылды. Свалить парня, однако, не удалось. Ослепший от боли и ярости, великан взревел, как раненый медведь, и нанес охраннику сокрушительный удар в подбородок.

Голова того мотнулась с сухим хрустом, колени подогнулись, и он упал на пластик лицом вниз.

– И этот, кажется, готов, – констатировал Цитрус, держась за край раковины. – Будет знать, как натравливать на внуков знаменитых бубличников всякую каторжную сволочь!

– Как же теперь быть? – пробормотал Дылда, в смущении разглядывая свои огромные лапищи, словно никак не мог поверить, что за такое короткое время пришил двоих.

Он побледнел как полотно и обхватил курчавую голову руками.

– Не повезло, – пожал плечами Цитрус.

– Он мертв! Мертв! – стонал великан. – Нас посадят на пятьдесят лет. А до этого будут бить ногами до потери сознания! Грохнуть тюремщика! Это уже настоящий беспредел!

– Ничего страшного, мой большой друг, эта неприятность поможет нам выпутаться из неприятностей. Ты его вовсе не убивал.

– Как это?

– А так. Его убил тот, чернявый. Это же очевидно.