Кодекс чести

Хотя что хорошего в расхлябанности и анархизме, в обществе, где люди не отвечают за свои слова и не отдают отчет в своих действиях? Естественный отбор – великое изобретение природы. Искусственный отбор – достижение цивилизации. Выживают лучшие, наверх поднимаются достойнейшие.

Я допил виски, подал Гвиневере руку.

– Потанцуем?

– Не боишься прослыть посмешищем для местной публики? Ведь твоя дама почти не умеет танцевать.

– Я ничего не боюсь.

– Нет, все же воздержимся, – надула губки Дженни. – Давай выпьем еще по рюмке.

– Конечно…

Мы выпили, закусили бутербродами с черной икрой. Мне не очень нравится ресторанный способ приготовления: икра с одной стороны бутерброда, масло – с другой. И веточка петрушки совершенно лишняя. Вот ломтик лимона не помешал бы. Только куда его класть? На масло или на икру?

– Я ожидала от бала чего-то большего, – призналась Гвиневера. – Да, все красиво, наряды, танцы, музыка… Только видно, что люди – современные.

– Это как? – удивился я.

– Понимаешь, мне казалось, если бал – то мы словно перенесемся в старину, в семнадцатый или восемнадцатый век. А здесь и разговоры о современной политике, и шпаги в углепластовых ножнах, и туфли с парижскими лейблами…

– Ты и лейблы успела заметить?

– Немудрено, когда название фирмы вытиснено на коже такими крупными буквами.

– Непатриотично, – усмехнулся я. – Лет двадцать назад в некоторых местах за такое могли бы побить. Есть же «Скороход», «Мягкоступ», да и «Россия», если говорить об элитной обуви.

– И итальянские.

– Ну, итальянская обувь действительно неплоха… У меня были туфли – прочные, но тяжеловатые.

На возвышение, с которого выступал мэр города, поднялся распорядитель бала – импозантный седой мужчина в красном кафтане с золотыми нашивками. Я его не знал – скорее всего профессиональный ведущий. Может быть, артист или клубный работник.

– Лотерея! Благотворительная лотерея! – объявил он. – Все четыреста билетов раскуплены! Доход в десять тысяч рублей получен.

Мэр поднялся на возвышение. Следом за ним два молодых человека во фраках внесли уже знакомый нам барабан из прозрачного пластика, набитый разноцветными бумажками.

– Зеленые купоны – первая сотня, синие – вторая, желтые – третья, красные – четвертая, – пояснил распорядитель.