Безжалостный король фейри

Она разделит мое презрение к грандиозному пиру в честь помолвки, на котором у меня не было права голоса. Я пробиралась сквозь плотное скопление людей, одаривая их дружескими улыбками и словами благодарности, когда они осыпали меня поздравлениями. Я как раз отходила от мадам Фуллер, нашей с мамой любимой швеи, когда внезапно очутилась перед Люсьеном Торном.

У меня перехватило дыхание, когда я увидела его в серебристой шелковой тунике с вышивкой в виде снежинок по каемке. Он прищурился, оценивая мое платье, а затем остановился на моих красных губах.

– Теперь я понимаю, что значат слова мужчин: от женщины захватывает дух. – Он вдохнул так, словно действительно забыл, как это делается.

Еще один головокружительный комплимент, на который я не знала, как реагировать. По правде говоря, мне самой было трудно вспомнить, как дышать при виде него в том наряде.

В этот момент заиграла музыка, и король Торн безмолвно протянул мне руку. Мой разум кричал «нет», но тело прильнуло к его протянутой руке, и не успела я и секунды подумать об этом, как мы уже начали танцевать.

– Вы достойный партнер по танцам, – прокомментировала я, пытаясь собраться с мыслями. Находиться вот так рядом с ним, чувствовать его нежную руку на своей пояснице, свою маленькую ладонь, вложенную в его, а свободной рукой сжимать его крепкую мускулистую руку, – все это усыпляло мой здравый смысл.

– Лишь достойный? О, моей матери было бы неприятно это слышать, – сказал он, нахмурившись.

Я улыбнулась.

– Ладно, более чем достойный. Ваша мама учила вас танцевать, король Торн?

– Прошу, зови меня Люсьен, – сказал он. – И да, она.

К обращению по имени переходили после свадьбы, и даже тогда мужья настаивали, чтобы жены и королевы обращались к ним «милорд» или «ваше высочество». До меня дошли слухи, что даже его собственному отцу не разрешалось называть его Люсьеном.

– Люсьен, как тебе в Осеннем дворе?

Я предпочла светскую беседу, так как мой разум и тело в данный момент находились в состоянии войны друг с другом. Одна часть меня хотела убежать, а другая хотела узнать, каков он на вкус. Это было ужасно и неожиданно, и я не знала, что делать.

Он опустил на меня взгляд, по-настоящему посмотрел на меня, с такой глубиной, что я была уверена, проник в то место, где я хранила свои самые темные секреты.