Благословение небожителей. Том 1

Небесный Владыка тысячи лет обладал великой силой, но даже он не осмеливался произнести вслух подобные слова; можно себе представить чувства, охватившие его, когда он выслушал юношу. Однако он не стал спорить и лишь вздохнул:

– Ты не можешь спасти всех.

– Могу, – упрямо ответил принц и без колебаний сошёл на землю, в суетный мир.

Народ всей страны приветствовал его.

Но испокон веков древние сказания предупреждают людей: когда небожитель самовольно спускается на землю, ничем хорошим это не заканчивается.

Нельзя сказать, что его высочество недостаточно старался, – однако лучше бы не старался вовсе. Чем больше усилий он прилагал, тем большая неразбериха творилась на поле боя. Народ Сяньлэ терпел серьёзные потери и в конце концов был обречён на жестокое поражение; эпидемия захлестнула Запретный город, и войска проникли в императорский дворец. Восстание завершилось победой мятежников.

Если до этого Сяньлэ находилось при последнем издыхании, то именно его высочество наследный принц стал тем, кто окончательно перекрыл ему воздух.

* * *

Лишившись государства, народ неожиданно осознал: в действительности их наследник престола, почитаемый ими бог, вовсе не столь совершенен и силён, как они себе представляли. На деле он оказался ничтожеством, у которого, как говорится, успехов не видать, а неудач – с избытком.

Вне себя от горя, обездоленные и потерявшие близких, люди искали выход своему гневу: они врывались в храмы наследного принца, разбивали его статуи и жгли святилища.

Восемь тысяч храмов было спалено за семь дней и семь ночей. Сгорели дотла.

После этого стоящий на страже спокойствия бог войны исчез, а вместо него родился дух поветрия[3 - Духом поветрия называют человека, приносящего несчастье.], несущий беды.

Если народ говорит, что ты бог, – значит, ты бог. Скажут, что ты дрянь, – дрянь ты и есть.

* * *

Духовные силы принца запечатали, а самого его сослали в мир людей.

Он никак не мог принять ситуацию и отказывался смириться с избранным наказанием.

С малых лет его высочество ублажали и баловали; тяготы простой человеческой жизни были ему неведомы. Изгнание отправило его из поднебесья в самую грязь. В этой грязи ему довелось впервые ощутить голод, познать нищету и чувство омерзения.