Грани матрицы

Три рубашки – в синюю, зеленую и бежевую клетку, два свитера – один тонкий, золотистый, другой потеплее, синий. И вполне приличные черные туфли. В отдельном мешочке лежали носки и трусы.

Этикетки на одежде ни о чем мне не говорили. Таких фирм я не знал. Но странного в этом ничего не было. Мало ли какая одежда есть в мире!

Я оделся, отдав предпочтение зелено-золотым тонам. Расчесался. И остался собой доволен. Внутренний голос, однако, тут же оборвал самодовольные нотки моего бодрствующего сознания:

– Попал неизвестно куда, а радуешься приличным тряпкам! Думай, что с тобой происходит!

Но думалось не очень хорошо.

Я включил телевизор.

По программе «Природа» показывали крокодила, подстерегающего жертву в мутной воде. Крокодил лежал, подобно заиленному бревну. Камера ездила вокруг, рептилия лениво косила глазом в объектив. Жертва долго не появлялись, и крокодил, наверное, размышлял – не схватить ли ему оператора.

На канале с художественными фильмами шел ковбойский фильм. Пышногрудые девушки, танцующие в салуне, были весьма привлекательны.

Я посмотрел на них и загрустил. Вспомнил об Инне – надо же, каких симпатичных медсестер держат в этом странном санатории! И Инна появилась, катя перед собой столик с обедом.

Увидев меня, девушка сделала шаг назад и широко открыла глаза.

– Что случилось? – спросил я.

– Ничего… – Она потупилась. – Я принесла обед.

И все-таки что-то было не так. Иначе почему она от меня шарахнулась?

Обед был еще лучше завтрака. Бутылка красного вина, селедочница с разделанной селедкой, картофельное пюре с отбивной, овощной салат, несколько кусков сыра, поджаренный хлеб.

– Не составишь мне компанию? – спросил я.

– Что вы, что вы! – Девушка густо покраснела. – Кушайте!

– Покушать-то я покушаю, а вот пить одному – это алкоголизм. Только не нужно говорить, что на работе нельзя!

– Нельзя. – Инна снова уставилась в пол.

– А мне нельзя одному.

– Желание гостя – высший приоритет, – выдала вдруг девушка. – Но здесь только один бокал!

– Не беда.

В ванной я видел стакан, – заметил я.

Девушка сорвалась было за ним, но я усадил ее на стул и принес посуду сам. Налил вина, быстро отложил на тарелку с сыром несколько кусочков селедки, кусочек мяса, немного зелени и пододвинул Инне.

– За твое здоровье, – предложил я. – Потому что мне, как я понял, уже ничего не грозит.

Я поднялся, собираясь выпить, и тут девушка попыталась тоже вскочить на ноги.

– За женщин пьют стоя, – объяснил я.