Обойдемся без магии!

Может быть, Валия вызвала их еще до нападения, когда Касым обратился за помощью в первый раз? Иначе их появление никак не объяснить.

Кавалерия славян быстро перестроилась при входе в узкую теснину. Воины насторожились, напряглись, видя следы жестокой сечи, но ни одного живого. Кроме меня, конечно. А меня они могли и не заметить – я присел на камень рядом с рекой, экономя каждую калорию, каждый квант энергии.

Подойдя вплотную к ратному полю, один из передовых всадников закричал:

– Есть кто-нибудь живой?!

– Есть, – достаточно громко, чтобы меня услышали, ответил я.

– Кто ты? – в той же манере глашатая спросил всадник. – Воин ополчения или человек коварного Лузгаша?

– Я – Сергей Лунин. Княжна Валия меня знает.

– Что здесь произошло?

– Битва, – коротко ответил я.

– Наши воины потеснили армию врагов?

– Они ушли сами, увидев вас, – ответил я.

– Спасся один ты? – поинтересовался глашатай.

– С этой стороны – да.

Конный строй двинулся дальше по ущелью, а меня окружили воительницы из личной охраны Валии.

– До меня дошли странные слухи, воин, – проговорила она. – Дозорный рассказал, что в ущелье идет бой. Он не понял, кто с кем бился. Мы подумали, это повздорили между собой воины Лузгаша. Но он уверял, что армию наших врагов удерживает один непобедимый витязь. Может быть, ты объяснишь, что случилось здесь на самом деле?

– Непобедимых витязей не бывает, – устало заметил я. – А воины Лузгаша действительно живут не очень дружно.

– Ты не ответил на мой главный вопрос, – нахмурилась княжна.

– Если я скажу, что остановил их сам, твой советник Заурбек никогда этому не поверит и будет обвинять меня во лжи. И тогда мне придется убить его, потому что таких оскорблений я не прощаю. А мне не хотелось бы убивать твоих слуг. Придумывать же более правдоподобное объяснение я не хочу.

Валия внимательно посмотрела на мои иссеченные доспехи, затупленные мечи, которые я так и не спрятал в ножны, окинула взглядом поле брани и вдруг опустилась на колени:

– Прости меня, Великий Эрлик! Я не узнала тебя в человеческом облике и была дерзка.

Я поднял княжну, с трудом удержался от желания похлопать ее по спине или обнять на виду у слуг и тихо сказал:

– Я не Эрлик. И даже не его посланец. Я просто очень долго жил в других краях и многому научился. Позволь мне отдохнуть, княжна.