Брачное пари

Его костюм – черный сюртук и белая рубашка – ничем не отличался от костюмов других гостей, разве что галстук был завязан чуть небрежно. Констанция обратила внимание на его глаза – темно-синие, как вода в глубоком озере, и ямочки на щеках. Когда он улыбался, вот как сейчас, в глазах вспыхивали веселые искорки. Темно-русые волосы с выгоревшими на солнце прядями были длиннее, чем предписывала мода, и слегка растрепаны.

Его обаянию невозможно не поддаться, подумала Констанция. Он наверняка прекрасно знает, какое впечатление производит, особенно на женщин.

Она и сама чувствовала, что ее влечет к нему, и глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки. Она не должна обращать внимания на привлекательных мужчин. В конце концов, замуж она уже вряд ли выйдет, а любой другой вариант был бы неприемлем.

– Виконт Лейтон, я полагаю? – спросила она.

– Увы, вынужден признать это, – ответил он, отвешивая поклон. – Могу ли я узнать ваше имя, миледи?

– Просто мисс. И вряд ли будет прилично назвать свое имя незнакомому человеку.

– Но все же это более прилично, чем находиться наедине с незнакомым человеком, – возразил он. – К тому же, как только вы назовете мне свое имя, мы перестанем быть друг для друга незнакомцами, и все будет в высшей степени респектабельно.

Констанция рассмеялась:

– Мисс Вудли, милорд. Мисс Констанция Вудли.

– Мисс Констанция Вудли, – повторил он, подходя ближе. – Теперь вы должны подать мне руку.

– Неужели? – В глазах Констанции плясали веселые искорки.

Она уже не могла вспомнить, когда в последний раз флиртовала с мужчиной, и ей это необычайно нравилось.

– Конечно, потому что, если вы не подадите мне руку, как же я поцелую ее?

– Но вы уже приветствовали меня поклоном, мне кажется, этого вполне достаточно.

– Да, но все же лучше было бы, если бы вы протянули руку.

– А вы очень настойчивы, – сказала Констанция, протягивая руку.

Виконт склонился над ней. Задержав ее руку в своей чуть дольше положенного, он улыбнулся, и Констанция почувствовала, как ее окатила теплая волна.

– Ну вот, теперь мы друзья и все приличия соблюдены.

– Друзья? Скорее знакомые, – ответила Констанция.

– Ах, но вы спасли меня от леди Таффингтон, а значит, вы – мой друг.

– Тогда на правах вашего друга я позволю себе спросить, почему вы прячетесь в библиотеке от леди Таффингтон. Она не такая уж страшная.

– Вы не знаете леди Таффингтон. Она – самое ужасное из всех творений божьих, потому что она – мать девицы на выданье.