Брачное пари

– Леди Хостон, – сказал герцог, предлагая Франческе руку, – мне помнится, вы обещали представить меня вашему кузену.

Франческа бросила на него смеющийся взгляд.

– Разумеется, – ответила она, стараясь сохранять серьезность. – Прошу прощения, миледи. Милорд. Сэр Люсьен.

– Предательница, – прошептал Люсьен, склонившись к ней.

Фыркнув, леди Хостон подхватила Рошфора под руку.

– Мой кузен? – спросила она, удалившись от леди Каттерслей на безопасное расстояние. – Вы имеете в виду того, что налегает на портвейн? Или того, что бежал на континент после дуэли?

Легкая улыбка осветила лицо Рошфора.

– Я имею в виду, дорогая леди Хостон, любого, кто мог бы избавить меня от леди Каттерслей.

Франческа покачала головой:

– Ужасная женщина! Боюсь, благодаря ей ее дочери обречены остаться старыми девами, уж слишком рьяно она пытается их пристроить, да и слишком большие надежды она возлагает на своих девочек.

– Да, вам виднее, вы ведь эксперт в таких вопросах.

Франческа взглянула на герцога:

– Разве?

– Конечно.

Я слышал, вы охотно даете советы всем, кто стремится преуспеть на этом рынке невест. Остается только удивляться, отчего вы сами не предпримете еще одну попытку.

Франческа высвободила руку и отвернулась, глядя на суетящихся внизу людей.

– Я полагаю, что положение вдовы подходит мне как нельзя лучше, ваша светлость.

– Ваша светлость? После стольких лет? Кажется, я ненароком обидел вас? В таком случае прошу прощения.

– Да, вы иногда несдержанны на язык, – ответила Франческа, – но вы не обидели меня.

Впрочем, интересно… вам нужна моя помощь?

Рошфор рассмеялся:

– Помощь? Нет, благодарю покорно. Это просто светская беседа.

Франческа обернулась и посмотрела в лицо герцогу. Интересно все-таки, почему он затронул эту тему. За последние несколько лет она действительно неоднократно успешно выступила в роли свахи, неужели он узнал об этом? Не раз родители, уже отчаявшиеся выдать дочерей замуж, прибегали к ее помощи. И разумеется, после того, как Франческа брала девицу под свое крыло, вводила ее в свет и подбирала ей подходящего супруга, благодарный отец или мать преподносили Франческе подарок, о котором никто, кроме заинтересованных сторон, не знал.

Очень скоро серебряная ваза или кольцо с рубином величиной с голубиное яйцо исчезали в недрах ломбарда.

Рошфор посмотрел на нее, и Франческа увидела в его глазах искру любопытства.

– Вы, конечно, считаете, что все это совершенно не важно, – сказала она.