Зона притяжения

 –Давай-ка, займемся делом, и не будем задерживать «новый рывок научно-технического прогресса»! – добавил он, подтрунивая толи надо мной толи над Рымкевичем.

Шагнуть двумя ногами в бездну – туда, где нет ничего кроме звезд, где ничто не прижимает к тебя к поверхности, где ты чувствуешь себя богом, только сказавшим «да будет свет», – вот что привело меня в космос. Я шел к этому мигу долго, с того самого момента, как увидел звездное небо. И вот я здесь. Я добился своей мечты, в отличие от многих мальчишек, грезивших о звездах, но так и сделавших ни одного шага на встречу к ним.

Уже во второй раз я выходил в открытый космос, но волновался будто юнец перед первым свиданием.

–Ты главное не дергайся зря. Ничего сложного тут нет. Простой вытащишь эту штуковину наружу и оттолкнешь ее от станции, – напутствовал меня Степаныч.

–Да все нормально, – улыбнулся я, делая вид, что уже в который раз проверяю фиксаторы перчаток. На самом же деле я просто пытался скрыть от Цыплакова легкий мандраж.

Я подхватил спутник и поплыл в стыковочный модуль, а затем в шлюзовую камеру.

Степаныч закрыл за мной люк и вернулся к пульту управления.

–Ну, как ты там? Воздух вот-вот откачается, – спросил он по радио.

–Все в норме, только тесновато. Устройство устроиться мешает, – отшутился я.

–Олег, давление ноль. Можешь выходить. Как понял? – услышал я голос Цыплакова секунд двадцать спустя.

–Вас понял, командир. Открываю люк, – эти слова звучали для меня словно Гаринское «Поехали!».

Отворив последнюю дверь между мной и вселенной, я выплыл наружу.

–Олег, на связи Земля. Рымкевич хочет узнать, как Устройство реагирует на вакуум, – послышался из наушников голос руководителя полетов.

–Валерий Иванович, как оно должно на него реагировать?

–Тебе виднее, Олег…

Похоже, он тоже ничего не знает, или придуривается – почему-то пришло мне в голову.

Внешне Устройство представляло собой открытый каркас цилиндрической формы девяносто сантиметров длинной и тридцать два сантиметра диаметром, внутри которого умещалось все оборудование.

На боковой панели горел красный индикатор, свидетельствующий о том, что система в норме и готова к активации. Тщательно осмотрев спутник, я ответил:

–Никаких видимых изменений не наблюдаю.

–Хорошо. Теперь нажми клавишу «2», – это вновь говорил Степаныч.

–Нажимаю… – не успев договорить, я увидел, как в носовой части цилиндра раскрылась необычной формы антенна. Это был конус с углом наклона градусов тридцать-сорок.