Сочувствую ее темным духам… 1–12

На секунду их глаза встретились – Майкл внезапно осознал, что такого легкого и доступного секса потом может и не быть – и в следующее мгновение он проник в нее – но не столь глубоко, как в Ребекку. Начались однообразные фрикции. Майкл ни о чем не мог думать: его не стесняли ни нескончаемые стоны с кухни; ни сидящий за стеной Саймон, который, судя по дыму, курил сигарету за сигаретой; ни его рыжая партнерша, посылавшая ему проклятия за опороченную гордость и заваленную философию. Он ощущал сладостное тепло, расходившееся по всему телу, кожу партнерши, покрывшуюся мурашками, ее зубы, впившиеся в мочку уха, ее ногти, вонзившиеся в спину, ветерок, исходивший из разбитого окна, холодивший его покрытую царапинами кожу…

****

Спустя пятнадцать минут все завершилось.

Майкл слез со студентки, перевалился на бок и довольно улыбнулся. Он чувствовал, как стучит у него в висках и как приятно дрожит его тело.

– Мне уже хватит, – расслабленно произнес он, оглядывая свою партнершу.

– А мне нет, – слабо сказала она, сжав руками оголенные бедра.

 – Я приняла пять таблеток вместо двух. Когда меня отпустит?

– Я не знаю, – ответил Майкл. – Спроси Саймона.

– Я сама виновата, – сказала рыжая, глядя в потолок. – Сама позволила вам отыметь меня. Больше такого не повторится.

– На большее мы не рассчитываем, – сказал Майкл, натягивая джинсы.

– Ты Майк, так?

Майкл кивнул.

– Это была не твоя идея, так же? Этот Саймон все подстроил?

– Что Саймон подстроил? – Саймон ворвался в комнату и уставился на лежащую парочку.

– Саймон! Совесть-то у тебя есть? – недовольно воскликнул Майкл, натягивая штаны.

– Извини. – Саймон пнул лежащую на полу пустую бутылку. – Просто стало скучно без ваших сладкозвучных трелей.

Прислушавшись, Майкл осознал, что на кухне уже никого нет.

– Где Клод? – спросил Майкл.

– Повез свою подружку домой, – ответил Саймон. – Скорее всего, она не перебарщивала с дозой, получила удовольствие, приятную компанию и секс без последствий.

– Эрика одну приняла, – прошептала рыжая, все еще пялясь в потолок. – Последняя оставалась, вот и…

– А толстушка?

Рыжая приподнялась на локтях.

– Семь.

Саймон расхохотался.

– Не смешно, – огрызнулась рыжая. – Она считала, что нужно потреблять больше риталина, при ее-то весе. – Рыжая опять рухнула на пол. – У меня все горит, это просто жесть какая-та…

– Майк, не возражаешь? – Саймон подошел поближе к рыжей, теперь он нависал над ней.