Сочувствую ее темным духам… 1–12

– Его не остановит правосудие, – ответил я. – Слишком долго он уходил из рук полиции, это был единственный вариант.

– Ты меня арестуешь? – заметно волнуясь спросила мадам Хелмсфилд.

– Нет.

– А как же политика правды?

– Политика не всегда подразумевает правду. Но правда, – я указал на труп Хиллфилда, руки которого, сжатые в кулак, все еще покоились на окровавленной груди, – всегда побеждает…

«Что за чушь?»

Майкл захлопнул книгу и кинул ее в груду мятой одежды, с неделю скучающую в противоположном углу комнаты.

Мельком он глянул на цифровые часы с европейским форматом времени, стоящие на прикроватной тумбе.

16.20

«Сейчас бы дунуть, да Страйкс, сука, не достанет» – огорченно подумал Майкл. Испытывая двойственные чувства – с одной стороны грусть, что нельзя снять напряжение косячком, а с другой – приятную злость от того, что творение отчима оказалось полным дерьмом, Майкл почувствовал, что очень хочет спать. Опять.

«Я вечно сонный депрессивный лентяй»

Не противясь соблазнительной дреме, он окунулся в приятное забвение.

Веки его сомкнулись…

Прошла минута, а может две, а может целый час… Сон без снов – есть высшее на земле блаженство. Мерное дыхание, воображаемое тиканье часов, тяжелая голова, которую невозможно оторвать от подушки. Как же все это здорово!

Резкий шум прервал всю сладостность сна. Что за звук? Какого черта?

Заиграла песня, ставшая нелюбимой, затем удар об пол и отдающаяся в голову вибрация. Майкл лениво сполз с кровати и поднял с пола телефон.

Задняя крышка старого, 2018 года выпуска, «Poontag"а[4 - Poontang – несуществующая марка телефона] оказалась под прикроватной тумбой. Левую руку Майкл просунул под тумбу, правую же поднес к уху.

– Да?

– Это я. У меня проблемы, – раздался тихий голос.

– Какие?

– Меня накрыли, – прошептал Клод.

– Как?

– Не могу пояснить, он может вернуться.

– Кто?

– Страйкс, – еще тише произнес Клод.

– Что?

– Я поехал к тебе, на 5-й меня тормознул Страйкс, сказал, что ему надо кое-что спрятать, – шепотом затараторил Клод.

 – Я его подбросил до квартиры, но он вдруг оглушил меня чем-то сзади. Я вскоре очнулся, Страйкс приковал меня наручниками к батарее. Страйкс сказал, что я возьму все на себя, запер меня и ушел куда-то. Кроме этого, он сообщил, что за ним стоят «какие-то люди», в общем я мало что понял из его речей, ясно одно, он – жирная предательская сволочь. Походу это копы плотно прижали его к стенке.