Будь со мной

Я решила, что лучше ему побыть рядом со мной. Вдруг появится какой-нибудь репортер. – Она накинула ремень сумочки на плечо. – Не думаю, что они высадят окна в его комнате, но кто знает.

– Спасибо, Кортни, ты правильно поступила.

Шеннон заглянула в гостиную. Ее трехлетний сынишка спал, свернувшись, на кожаном диване – одной из немногих вещей, не проданных ради уплаты долгов. Колби продырявил подлокотник дивана ручкой. Шеннон заклеила поврежденное место скотчем, радуясь про себя, что, начиная новую жизнь, придется покупать на один предмет мебели меньше.

Ее сладкий милый мальчик спал в своей любимой пижамке, натянув одеяло до самого носика. Светлые волосики еще не высохли после купания. Ей казалось, что она ощущает нежный запах детского крема.

Шеннон облегченно вздохнула, прислонилась к косяку двери и обернулась к Кортни:

– Я должна тебе заплатить.

Она взяла у Тони свою сумку и стала рыться в ней так поспешно, что уронила кошелек.

Что подумает трехлетний малыш, увидев в новостях свою мать? Или Тони? Колби видел его всего несколько раз, но знал, что это – мамин друг. Шеннон подобрала несколько монет.

Тони положил руку ей на плечо:

– Я тут разберусь. Иди к сыну.

Она выпрямилась. Его слова стали напоминанием о том, что он предложил ей материальную помощь в прошлое воскресенье.

– Я сама оплачиваю свои расходы.

Тони поднял руки вверх и отступил на шаг:

– Хорошо, Шеннон.

Он взглядом предупредил женщину, что не следует говорить об отъезде.

Впрочем, это Тони планирует отъезд. Она не собирается жить под его диктовку, но чем меньше людей будут знать об их следующем шаге, тем легче спастись от прессы и от тех, кто намерен выслеживать их. Даже лучших друзей можно купить.

Кстати…

– Спасибо, что присмотрела за Колби. – Она дала няне еще несколько долларов и постаралась не моргнуть, мысленно отказываясь от мороженого в этом месяце.

Обычно Шеннон нанимала няню вместе с еще одной одинокой матерью из этого же подъезда. К помощи Кортни она прибегала в крайних случаях.

– Я тебе благодарна.

Кортни покачала головой, взяла то, что ей причиталось, а лишние деньги протянула Шеннон:

– Миссис Кроуфорд, я делала свою работу. И я не собираюсь болтать с репортерами или продавать вашу историю кому-либо.

– Кортни, – Шеннон торопливо положила деньги в руку девушки, – я хочу, чтобы ты это взяла.