Бюро. Пий XII и евреи. Секретные досье Ватикана

Эти письма раскрывают Пия XII с неизвестной стороны и показывают, насколько глубоким было его понимание экуменизма. На мой взгляд, именно оно проложило путь для некоторых из тех масштабных изменений, касавшихся диалога между различными христианскими конфессиями, которые были одобрены в 60-х годах Вторым Ватиканским собором. Это заслуживает более детального анализа.

По прибытии в Рим Майрон Тейлор и его жена Анабель поселились на окраине Рима, на вилле эпохи Возрождения, украшенной прекрасными фресками и пропитанной ароматами большого сада.

После приезда первой обязанностью для Тейлора было личное посещение государственного секретаря, кардинала Мальоне.

Кардинал хотел быть уверенным, что все встречи и беседы с новым послом будут протекать в положительном ключе. Поэтому он поручил молодому американскому священнику Джозефу П. Хёрли, смышленому и расторопному, взять на себя роль главного связующего звена для Тейлора, быть его переводчиком и посредником. Это было еще одним новшеством: Хёрли стал первым американцем, получившим официальную должность в Ватикане.

Хёрли тщательно записывал все переговоры и передвижения Тейлора. Эти скрупулезные отчеты, хранящиеся в Историческом архиве, дают полную картину повседневной работы Тейлора в Риме, в том числе и дипломатических действий. Среди стенографических записей Хёрли есть и подробный отчет о первой беседе Тейлора с кардиналом Мальоне, состоявшейся 8 марта 1940 года

. Тейлор рассказывает, что непосредственно перед его отъездом из Вашингтона президент Рузвельт вручил ему записку об антисемитском движении в Бруклине, Балтиморе и Детройте.

Начало этому движению положил отец Чарльз Кофлин, человек с неоднозначной репутацией: откровенный антисемит и популярный в 1930-х годах скандальный радиоведущий. В этих городах Кофлина поддерживали многие католики, и Тейлор высказал опасение, что там поднимутся антикатолические настроения, если его не одернуть.

Мальоне попросил Тейлора предоставить ему информацию об антисемитской деятельности Кофлина и торжественно пообещал изучить вопрос.

Из стенографических отчетов Хёрли мы узнаём, что в ходе этой первой встречи посол Тейлор упомянул о судьбе трех сотен евреев, бежавших из Польши и застрявших в Триесте, на севере Италии. Эти беженцы хотели получить разрешение на выезд в Палестину, которая тогда была британским протекторатом. Тяжело вздохнув, Мальоне ответил, что «проблема беженцев значительно усугубилась после объявления войны».