В глуши

Дон не хочет проверять, но надеется, что это все-таки правда, учитывая, что их Стая бродит невесть в какой глуши, в непосредственной близости от самых разных форм дикой жизни.

(Она пока что видела только одного медведя – одного настоящего медведя. Он был далеко, на густо поросшей травой поляне, и Эмбер, кстати, сказала, что это черный медведь, и он, возможно, боится людей не меньше, чем они его.)

Еще у Кристиана и Эмбер на всякий случай должны быть рация и аварийный радиомаяк, так что, если случится что-то ужасное, они смогут связаться с базой и предупредить соответствующие службы.

Лукас говорит, что компания «Второй шанс» для своей программы арендует тысячи квадратных миль угодий, которые примыкают к какому-то национальному парку, а это еще миллион акров гор, лесов и отсутствия цивилизации.

– В общем, если мы заблудимся или пойдем не той дорогой, то, скорее всего, погибнем, – жизнерадостно заканчивает он.

Дон закатывает глаза, хотя вообще-то такая перспектива ее пугает. Они идут уже пять дней, и за все это время она не видела ни души, только ребят из группы.

Она не замечает абсолютно никаких признаков жизни, кроме обрывков флуоресцентной маркировочной ленты, подвязанной кое-где на деревьях, чтобы подсказать наставникам, по какой тропе идти, да следов самолета высоко в небе, напоминающих, что где-то далеко еще кипит жизнь.

Дон интересно, скучает ли кто-нибудь по ней.

Впрочем, никакого значения это сейчас не имеет.

По мнению Кайлы, у «Второго шанса» в лесу семь или восемь маршрутов.

– На каждый уходит по шесть дней, – рассказывает она Дон. – Как один большой цикл. Мы уходим на шесть дней, а потом возвращаемся к базе, берем еще еды и вещей и снова уходим. И так раз за разом, пока не сбрендишь или не заслужишь высший статус.

– Как получится, – хмыкает Лукас.

Никто никогда не видел тут других ребят, поэтому, если другие Стаи и есть, видимо, их разделили так, чтобы они не встречались. Кристиан и Эмбер никогда об этом не скажут.

– Ты тут уже несколько месяцев, – говорит Дон Кайле. – Если маршрутов всего семь, значит, ты уже ходила тут, так? Ты узнаёшь эту дорогу?

Кайла одаряет Дон выразительным взглядом: Ох, малышка!

– Я узнаю камни и эти гребаные деревья, – отвечает она. – И затылок тупицы Кристиана. А вообще-то я всегда смотрю под ноги. Ни я, ни ты не знаем, где мы сейчас. Этого не знают ни Лукас, ни вообще хоть один из нас. Мы давно тут заблудились. – Кайла щурится.