В западне

Но поступила правильно. Так было лучше и для Броуди.

Он вернулся из кабины пилотов.

– Как там капитан Рамано? – спросила она.

– В сознании. Я обработал и зашил его рану. Подозреваю у него сотрясение мозга и беспокоюсь, нет ли внутренних повреждений.

Она осмотрелась. Остальные пассажиры собрались вокруг Ангуса и тихо переговаривались.

– Если ты прав и у него внутреннее кровотечение, он не переживет эту ночь, – предположила она. – Буду за ним наблюдать. А сейчас нам надо заняться этим. – Он показал на дыру в верхней части фюзеляжа.

Казалось, сильный удар разрубил обшивку. Но неровно, края отверстия свисали металлическими клочьями.

– Надо будет это закрыть, но сначала я хочу выглянуть наружу и осмотреться. Мне надо на что-то встать.

– В шкафчике впереди есть несколько коробок, там висят куртки пилотов.

– Пустая коробка не подойдет.

– Они не пустые.

Он подошел к шкафчику, отбрасывая ногами мусор. Открыл дверцу, внутри лежали две коробки. Он поднял одну. Тяжелая.

– Что там, черт возьми? Цемент?

– Книги, – сказала Элли.

Броуди поставил коробку под дырой в фюзеляже. Пол был влажный, вода продолжала капать сверху. Он взял вторую коробку:

– Надеюсь, тебя не тревожит, что они промокнут?

– В таких обстоятельствах, думаю, переживу, – сухо заметила она.

– Люди многое способны пережить, – промолвил он, ни к кому особенно не обращаясь. Он встал на коробки и осторожно выглянул наружу. Капли дождя падали ему на лицо и плечи. Стояла темнота, сильно пахло мокрой листвой.

Он поднял руку и посветил фонариком вокруг.

Деревья. Много деревьев. Броуди повернулся, осторожно двигая ногами, чтобы не потерять равновесие. Со всех сторон было одно и то же. Посветив фонариком, он увидел, что самолет ударился о деревья, сломал несколько веток и потом упал на землю в джунглях. Теперь над ним повисли кроны деревьев высотой в семьдесят или восемьдесят футов.

Ангус был прав. Поиски их самолета окажутся непростыми.

* * *

Элли не сразу осознала, что затаила дыхание, пока Броуди осматривал окрестности.

Когда его голова и торс снова оказались внутри самолета, она облегченно вздохнула.

– Ну как? – спросила она.

На минуту ей показалось, что он ее обругает. Но он тихо вздохнул, словно примирившись с необходимостью что-то рассказать, как бы это ни было ему неприятно.

– Вряд ли нам что-то сейчас угрожает, – заметил он. – Похоже, самолет лежит на ровном месте. Плохо видно, но в этом я уверен. Думаю, ночь нам надо пересидеть здесь.