В муках рождения

Он поручил мне, княгиня, просить тебя убедить князей не ссориться, жить в мире, чтобы не препятствовать рождению смуты среди нечестивых захватчиков.

– Это мое сокровенное желание. И я всегда убеждала в этом Ашота. Пойди, князь, отдохни с дороги. А потом, не теряя времени, поедешь в Мокс, к моему брату спарапету Смбату и расскажешь ему о своей встрече с Багаратом.

– Твой приказ для меня закон, – сказал Хосров, – поцеловал княгине руку и только дошел до двери, как остановился пораженный и попятился назад.

– Что такое, Хосров? Почему ты возвращаешься? – спросила княгиня, поднявшись с места.

– Смотри, княгиня, смотри, – сказал Хосров.

Княгиня сама поразилась, увидев входящих в зал одного за другим князей-заложников, которые шли выразить свое почтение великой княгине.

– Что это? Что это за возвращение? – спросила гневно княгиня. – Вот как вы нас подводите! Вы не понимаете, что ваше бегство повредит нам, а не востикану?

– Но… княгиня, востикан приказал долго жить. И сам он, и все его войско перебиты.

– Что вы говорите? Кто же сделал такую глупость?

– Сасунцы.

– Сасунцы?

– Да, сасунцы во главе с Овнаном вступили в Муш и перебили всех арабов. Востикана Юсуфа убили, нас освободили, а сами пошли на арабов, захвативших монастырь Святош Карапета.

– Кроме Овнана, никто не командовал сасунцами?

– Князь Гурген все время был с ним, но он не командовал.

– Гурген Арцруни? Мой сын? И он сделал эту глупость!..

– Нет, княгиня, это был не наш князь Гурген, Это был другой Гурген, мы его не знали, но он тоже Арцруни.

Пока юные князья наперебой рассказывали об этом, княгиня, побледневшая от волнения, усталая, опустилась на скамью, повторяя вслух: «Боже мой, что это за сумятица, что за непорядок!..» Наконец она обратилась к одному из юных заложников:

– Князь Григор, подойди и говори только ты. Ты не смог узнать, кто этот Гурген Арцруни?

– Да, княгиня, – ответил юный князь, – я расспросил его слугу и узнал, что его господин только что вернулся из Греции, что со стороны матери он из рода Мамиконянов, что греческий император очень любил его, хотел подарить ему землю и даже предлагал ему в жены свою дочь, но князь Гурген не согласился и вернулся на родину.

– Ты не узнал имени его отца?

– Да, княгиня, отца его звали Апупелчем.

– Нам только этого не хватало! – воскликнула княгиня, обернувшись к Хосрову.