Внутри

Они, наши славные родственники, накачали нас наркотиком, вызывающим состояние параноидального бреда, и в реальности Сэнди не сжигала свои картины, а я – не убивал Пауэрса. Хотелось бы в это верить, наверное раз в пятый, отвечаю я и слежу за пустой дорогой, слежу и умудряюсь радоваться – ведь все водители, очевидно, разъехались по своим домам, чтобы не мешать нам бежать…

Куда?

Глаза Сэнди расширяются, она испуганно на меня смотрит. Действительно испуганно – без спокойствия на лице, то есть без синдромов свойственного только ей испуга.

Сейчас моя Сэнди пугается так, как пугается обыкновенный человек.

Такие эмоции на лице моей Сэнди означают, что испытываемый ею страх превышает всевозможные пределы. Я останавливаюсь у обочины и тихо пытаюсь узнать, что за чертовщина вызвала в ее лице столь пугающие перемены.

Сэнди не отвечает. Она старательно отводит глаза, но я успеваю заметить, что глаза ее блестят.

– Милая моя Сэнди, – начинаю я. – Я убил человека и избил старика.

О чем бы ты не подумала и что бы ты не сделала, не думаю, что это будет страшнее моих деяний.

– Будет, – всхлипывает Сэнди.

– Если и будет, то это не твоя вина.

Сэнди смотрит на меня, она хочет знать, верю ли я сам в то, о чем говорю, или нет.

– Нами кто-то управляет, и после всего того, что с нами случилось, будет глупо считать эту мысль бредом.

– Ага.

Сэнди шмыгает носом и говорит:

– Прости меня, Олег.

– За что?

Сэнди поворачивается ко мне боком, лицом к заднему сиденью, просовывает руку между мольбертами и чешет недовольно урчащего Гейси за ухом.

Не то, чтобы она решила успокоить кота, просто ищет повод не встречаться со мной глазами, удрученно думаю я.

– Нам нужно вернуться назад.

– Зачем?

Сэнди не хочет отвечать – или просто долго собирается с ответом. Я вспоминаю, как на заправке мы перепроверили наши чемоданы и убедились, что все необходимое взяли с собой, и говорю об этом Сэнди.

– Не в этом дело. Ривьера.

– Кто такой Ривьера? – спрашиваю я и про себя думаю, что это имя я где-то слышал.

– Бандит. Он вроде бы владел магазинами Бинко.

Я понимаю, что слышал о Ривьере от Пауэрса и машинально морщусь – вспоминаю торчащую из глаза вилку.

– Ты знакома с Ривьерой?

– Не помню.

Это звучит крайне бредово – но я уже устал удивляться бреду.

– Что это значит?

– Вот.

Сэнди протягивает мне телефон.