Внутри

То есть те, кого удалось от рабства освободить. И только те, у кого американское гражданство. Картотека не такая уж и большая, поскольку она не отражает реального положения вещей.

– Интересно, – говорю я и показываю лицом отсутствие хотя бы малейшего намека на интерес.

– К чему ты все это говоришь, Клэр? – спрашивает Сэнди.

– Каждый год более четырех миллионов человек становятся жертвами работорговцев, – говорит Клэр.

– Ну, работорговля, думаю, процветает в Африке или в Азии, в Америке с этим не так…

– Так, сестричка.

Сэнди выпрямляется на стуле. Официантка подносит два блюда с дим сам. После того, как официантка уходит, Сэнди спрашивает у Клэр:

– И давно тебя стали волновать жертвы работорговли?

Я решаю взглянуть на Клэр и вижу, что в ее глазах стоят слезы.

– Всегда, – отвечает она.

Сэнди спокойно смотрит то на меня, то на сестру. Ее теперешнее спокойствие уместно сравнивать не со спокойствием среднестатистического американца, а, например, с грустью Клэр, моей грустью или грустью среднестатистического американца.

– А я могу посмотреть картотеку? Мы с Олегом?

Я отрицательно качаю головою – и мне плевать, видит это Клэр или нет. Сэнди пожимает плечами и говорит:

– Я могу пойти с тобой, Клэр, если тебе это так важно.

– Мне важно, чтобы со мной пошел Олег.

Клэр гладит меня по плечу и добавляет:

– Он же мужчина.

Сэнди улыбается:

– Неужели ты думаешь, что картотека с рабами повредит мою женскую психику?

Клэр смотрит на Сэнди так, будто бы Сэнди бросает ей спасательный круг.

– Да, сестричка. Да.

Я решаю прекратить этот фарс. Говорю:

– Я посмотрю с тобой картотеку, чтобы это не значило.

Искусственный загар на лице Клэр сияет.

– Спасибо! Сестричка, ты не в обиде?

– Нисколечки, – отвечает Сэнди. – Мне всегда рады мой мольберт и кисти.

– Замечательно. Тогда кушайте, и… – Клэр смотрит на меня, – жду тебя у входа.

Я киваю головой, ковыряю палочками дим сам, и мы с Сэнди беседуем на отвлеченные темы.

Я целую Сэнди в щеку и иду к выходу. Сэнди остается в ресторане доедать мой дим сам – Миссис-Страсть-Которая-Никогда-Не-Толстеет может себе это позволить.

Я убеждаю себя, что не буду смотреть на лист с перечнем чьих-то страданий, превращенных в сухую статистику. Я говорю то, что хочет услышать Клэр, чтобы Клэр от меня отвязалась.