В первый раз

Они двигались к лестнице в противоположном конце спортзала. Игра в баскетбол была в самом разгаре. Долговязые подростки приветствовали Жак, отмачивая шутки по поводу ее ареста. Она махала в ответ, отвечая на каждую насмешку остроумной колкостью, заставляя игроков смеяться. Было очевидно, что Жак прекрасно знает историю каждого ребенка.

Они устремились по узкой лестнице на второй этаж.

– Я только поднимусь в свой кабинет и проверю почту, – сказала она Блейку. – И еще заберу гитару из шкафчика.

– Гитару? – Блейка не удивил выбор инструмента.

Он пытался не обращать внимания на соблазнительно покачивающиеся бедра в нескольких шагах от него в тесном пространстве.

– Вы принимаете запросы на песни?

Жак обернулась:

– Вряд ли я смогу сыграть то, что вам по душе.

– Как насчет «Лэнед скинед», «Свободная птица»?

На ее лице отразилось удивление.

– «Свободная птица»? – Ее брови приподнялись, шаг замедлился. – Никогда бы не подумала, что вы – фанат рока.

– А я и не фанат, – ответил он, смешинки загорелись в глазах.

 – Просто каждый вышедший из тюрьмы должен знать «Свободную птицу».

Ее глаза расширились, она замерла, чувствуя, как бешено колотится сердце. Жак стояла на ступеньке выше Блейка, и их лица оказались на одном уровне: глаза в глаза, губы совсем рядом с его губами. Идеальная позиция для того, чтобы взять его в плен.

– Твоя способность язвить выше всяких похвал, Костюмчик, – благодушно произнесла она. – Отчитать кого-то за музыкальные предпочтения – это действительно талант.

 – Жак улыбнулась, хотя взгляд оставался серьезным. – Но у меня есть собственные идеи по поводу репертуара.

– Тогда какая песня будет наиболее подходящей? – хрипло спросил Блейк.

Жак мгновение задумчиво смотрела на него и улыбнулась.

– Посмотрим. – Она поджала губы, делая вид, что усиленно размышляет над его вопросом. – Я оказалась в тюрьме, потому что защищала учреждение, которое мне дорого, – начала она, посверкивая взглядом.

 – Затем меня отчитал за опрометчивое поведение человек, считающий, что ему в затылок дышит смерть, если, не дай боже, он случайно оторвет бирку с матраса, на которой написано «не отрывать».

– Неправда!

– Конечно нет. Как насчет проезда на красный?

– Это противозаконно! – тут же воскликнул Блейк.

Ее карие глаза мерцали.

– А парковаться у здания аэропорта?

– Запрещено. – Блейк испепелял ее взглядом. – Не говоря уже о том, что это опрометчиво.