В плену страстей

– Алекса? Ты меня слышишь? Ты слышишь, что я сказала? Ты ни за что не поверишь, кто…

Алекса знала, что если Имоджен что-то вбила себе в голову, ее не остановить. Впрочем, ее ведь тоже не заставить говорить по телефону, когда она рисует. Исключение – ее подруга и менеджер.

– И кто это? – Алекса знала, что Имоджен жаждет, чтобы ее спросили об этом и умирает от желания ответить.

– Он совершенно потрясающий! Он ни в какое сравнение не идет ни с кем.

В телефоне послышался экзальтированный вздох.

«Что там еще задумала эта неугомонная?» – подумала Алекса, продолжая рисовать и рассеянно прислушиваясь к восторженному разглагольствованию Имоджен. Имоджен отличалась способностью фонтанировать идеи, и Алекса привыкла не обращать на это внимания.

Наконец голос в телефоне замолк, но спустя секунду снова послышалось нетерпеливое:

– Ну? Ты рада?

– Чему? – не поняла Алекса.

У нее в ухе раздался раздраженный вздох.

– Милочка, пожалуйста, послушай! Отложи кисть хоть на минуту.

Клянусь, что даже тебя это заинтересует. Звонил Гай де Рошмон! Ну, не сам он, конечно, но его лондонская личная помощница. – Имоджен замолкла, надеясь на восторженную реакцию. – Скажи, что ты потрясена. Скажи… – Имоджен перешла на зловещий шепот, – что у тебя поджилки трясутся.

Алекса нахмурилась:

– Поджилки трясутся? Почему?

Последовал тяжелый вздох.

– Алекса, прекрати изображать передо мной непреступную ледышку! Я тебе не бойфренд. И с Гаем де Рошмоном у тебя этот номер тоже не пройдет, учти.

От него ты упадешь в обморок, как все остальные женщины.

– А я должна знать, что он за парень? – снова не поняла Алекса.

Имоджен заливисто расхохоталась.

– Милая моя, это игра слов! По-английски его имя звучит как Гай[3 - По-английски «гай» – парень.], но он, разумеется, француз – ну, почти француз, – поэтому оно произносится как Ги. Звучит более сексуально.

Алекса, не желая попусту тратить время, прекратила эту не совсем понятную тираду:

– Имоджен! Кто он и почему ты на нем помешалась? Что ты конкретно пытаешься мне вдолбить?

Имоджен едва не задохнулась от удивления.

– Ты ни разу не слышала о Гае де Рошмоне?! Да он красуется во всех шикарных журналах! Он трижды попадал в список самых-самых классных особ!

– Я не читаю такие журналы, – ответила Алекса. – Они печатают всякий вздор.

– Ой-ой, только посмотрите на нее. Какие мы гордые! – поддела ее Имоджен.