В чертогах марсианских королей

Сон, может, у тебя есть идеи?

Она задумалась, и между ее раскосыми глазами появились две вертикальные черточки, напоминающие восклицательные знаки.

– Возможно, стоит запросить у «Берроуза» какие-нибудь садовые растения? Если нам удастся придумать, как выращивать их под марсианским солнцем, чтобы они не погибли от ультрафиолета…

Маккиллиан, как и подобало хорошему экологу, пришла в ужас.

– А как же загрязнение окружающей среды? – спросила она. – Почему, по-вашему, мы все подверглись стерильной обработке перед высадкой? Вы хотите нарушить экологический баланс Марса? В будущем никто уже не сможет определить, имеют ли полученные образцы действительно марсианское происхождение или были завезены с Земли и впоследствии подверглись мутации?

– Какой еще экологический баланс? – парировала Сон.

 – Ты же знаешь, что мы здесь почти ничего не смогли найти. Несколько анаэробных бактерий, кучка лишайников, мало чем отличающихся от земных аналогов…

– Это я и имела в виду. Вы завезете сюда земные формы жизни, и никто уже не сможет найти отличия.

– Но это ведь возможно? Если обеспечить растениям достаточную защиту, они не погибнут, прежде чем дадут побеги, и мы сможем создать функционирующую плантацию растений, выращенных без почвы…

– О да, это можно сделать. Я уже сейчас могу предложить три или четыре способа, как именно. Но ты не ответила на главный вопрос…

– Подожди, – сказал Кроуфорд. – Я просто хотел выслушать ваши идеи. – В глубине души этот спор ему даже понравился; он позволил им обеим направить мысли в нужное русло и не впасть в состояние жуткой апатии.

– Я думаю, эта дискуссия сыграла важную роль – убедила всех, что мы можем выжить. – Он с тревогой посмотрел на Лэнг, которая все еще кивала, а перед ее остекленевшим взглядом по-прежнему стояли погибшие товарищи.

– Я просто хотел сказать, что теперь мы уже не экспедиция, а колония. Не в привычном смысле слова, так как мы не собираемся оставаться здесь навсегда. Но такой вариант не исключен, и его нужно учитывать в наших планах.

Поэтому мы не только должны растягивать наши запасы до тех пор, пока не прибудет помощь. Одними временными мерами не обойтись. Нам придется решать долгосрочные задачи, задачи, которые встают перед колонистами. Примерно через два года мы сможем выработать такой стиль жизни, который позволит нам жить здесь сколь угодно долго. Мы должны вписаться в этот мир, где это возможно, и приспособить его под себя там, где невозможно.