В чертогах марсианских королей

– Думаю, тебе нужна практика, – сказала она, – но если для тебя нет разницы, то мы можем пока разговаривать голосом? А то я сейчас лопну от смеха.

Я вздрогнул, словно ужаленный пчелой. Прикосновение, которое я мог бы игнорировать при общении со слепоглухой девочкой, внезапно показалось неуместным. Я немного попятился, но ее руки вернулись ко мне. Она показалась озадаченной, но затем прочла проблему ладонями.

– Извини, – сказала она. – Я думала, что ты глухой и слепой. Если бы я знала, что это не так, то заговорила бы с тобой сразу.

– Я думал, что здесь все такие.

– Только родители. А я одна из детей. Мы все прекрасно видим и слышим. Не нервничай так сильно. Если тебе неприятны прикосновения, то тебе здесь не понравится. Расслабься, я тебе ничего плохого не сделаю.

И она продолжила водить по мне руками, в основном по лицу. В тот момент я этого не понимал, но прикосновения не казались сексуальными.

Как выяснилось, я ошибался, но это не было очевидным.

– Мне надо показать тебе веревки, – сказала она и направилась к куполам.

Она держала меня за руку и шла рядом. Другая рука касалась моего лица всякий раз, когда я говорил.

– Правило первое, не ходить по бетонным дорожкам. Это где…

– Про это я уже догадался.

– Правда? А давно ты уже здесь?

Ее рука прошлась по моему лицу с обновленным интересом. Было уже темно.

– Меньше часа. Меня едва не задавил ваш поезд.

Она рассмеялась, потом извинилась и сказала, что понимает – для меня это было не смешно.

Я ответил, что это смешно для меня сейчас, хотя в тот момент это было не так.

Она сообщила, что на воротах есть предупредительный знак, но мне не повезло, и я подошел, когда ворота были открыты – они открываются дистанционно перед отправлением поезда, – и я знак не увидел.

– Как тебя зовут? – спросил я, когда мы приблизились к мягкому желтому свету, льющемуся из столовой.

Ее пальцы рефлекторно зашевелились у меня на ладони, потом остановились.

– Ой, даже не знаю. У меня есть имя, даже несколько. Но они на телоречи.

Я… Пинк[3 - Pink (англ.) – розовый цвет.]. Думаю, оно переводится как Пинк.

У этого имени была история. Она стала первым ребенком, родившимся у учеников школы. Они знали, что детей описывают как розовых, поэтому ее так и назвали. Для них она ощущалась розовой. Когда мы вошли в столовую, я увидел, что ее имя визуально неточное. Один из ее родителей был темнокожий.

Девочка оказалась смуглой, голубоглазой и с вьющимися волосами, более светлыми, чем кожа.