Вампир из заграницы

– Если это все, что нужно для успокоения твоей души – хотя злодей того не заслуживает, – то я позабочусь о том, чтобы его похоронили, и над телом произнесли мессу.

– Ты правда это сделаешь, Хосе?

– Дабы облегчить свою совесть, я исполню твое желание.

– Что ж, Хосе, вот там живет святой монах. Он набожный и хороший человек. И я уверена, что он сделает все, что требуется – позаботится о теле и будет за его молиться до полуночи. И продолжит молиться, пока солнце не осветит лес.

– Да будет так, моя дорогая Фиаметта, да будет так.

Мы пойдем к этому святому человеку, расскажем ему о наших заботах, и вознаградим его. А потом я отведу тебя в безопасное место и вернусь, дабы проводить его туда, где мы оставили тело. Я лишь жалею, что злодея не постигла менее благородная смерть, чем пасть от меча.

– Это будет опасность, о который я никогда не забуду, – сказала Фиаметта.

– Я тоже. До сих пор не могу понять, почему тот человек так поступил. Но на этот вопрос может быть только один ответ – он хотел нас ограбить.

Ничто иное не побудило бы его обнажить меч против меня.

– Но почему не потребовал деньги сразу?

– Потому что его могло встретить то, что он встретил. И он застал меня врасплох, а это, конечно, давало ему лучший шанс убить меня. Поэтому меня это совсем не удивляет.

– А вот и жилище святого отца. Он беден, очень беден, но я очень добр. Он святой человек.

– Тогда он еще лучше исполнит нашу просьбу. Ибо, по моему мнению, надо быть более, чем святым, чтобы отмолить от чистилища такую душу, как у убитого злодея.

Наверное, она сейчас носится там в воздухе, как летучая мышь.

– Тише, Хосе, тише! Ни слова об этом. Вот хижина святого человека. Мне войти в месте с тобой?

– Если хочешь, Фиаметта, если хочешь.

Фиаметта стояла рядом с возлюбленным, когда тот стучал в дверь святого человека, и примерно через минуту низкий голос отозвался:

– Кто стучится в мою дверь?

– Тот, кто нуждается в вашей помощи, святой отец.

– Входите, – сказал монах и отодвинул засов.

Дверь открылась, и Фиаметта прошла следом за возлюбленным в келью, или, скорее, голую комнату, в которой не было ничего, кроме охапки соломы в углу или нескольких одежд. Она увидела еще лишь несколко самых необходимых предметов, но их действительно было совсем немного.

– Итак, сын мой, чего ты желаешь? Нужно ли тебе моя помощь, дабы связать тебя узами с этой девой, а ее с тобой?

– Я воистину очень сильно желаю этого, однако она этого не желает.