Вампитеры, фома и гранфаллоны

Вам повезло, если у вас такая недорогая проблема. (СВИФТУ) Послушайте, Том, усыпите нашу пациентку, чтобы доктор Литтл увидел, как у нас заканчивается день.

СВИФТ: Но у нас еще есть двадцать минут.

ФРАНКЕНШТЕЙН: Да какая разница! Поспит лишние двадцать минут – завтра будет чувствовать себя на миллион долларов, если не полетит еще один транзистор.

ЛИТТЛ: Так почему бы вам не направить на нее телевизионную камеру и не смотреть на то, что с ней происходит, на экране?

ФРАНКЕНШТЕЙН: Она не хочет.

ЛИТТЛ: Ей предоставляют только то, что хочет она сама?

ФРАНКЕНШТЕЙН: Так она решила.

А какого черта мы должны смотреть на ее лицо? Достаточно снять параметры с приборов, и мы узнаем о ней больше, чем знает она сама. (СВИФТУ) Усыпите ее, Том.

СВИФТ: Это похоже на то, как вы останавливаете машину или выключаете горелку.

ЛИТТЛ: Неужели?

ФРАНКЕНШТЕЙН: У Тома тоже две степени – медицина и технические науки.

ЛИТТЛ: Вы устаете к концу дня, Том?

СВИФТ: Это приятная усталость – словно ты управлял большим реактивным самолетом, который летел из Нью-Йорка в Гонолулу.

(Берется за рычаг.) А теперь у миссис Лавджой будет приятная мягкая посадка. (Медленно поворачивает рычаг, и механизмы замедляют работу.) Вот так.

ФРАНКЕНШТЕЙН: Чудесно.

ЛИТТЛ: Она спит?

ФРАНКЕНШТЕЙН: Как дитя.

СВИФТ: Все, что нам остается сделать, дождаться сменщика.

ЛИТТЛ: Никто не приносил ей чего-нибудь, с помощью чего она могла бы покончить с собой?

ФРАНКЕНШТЕЙН: Нет. Да даже если бы и принес, беспокоиться не о чем.

Руки сконструированы так, что ей ни за что не удастся направить на себя пистолет или поднести яд к губам – как бы ни старалась. Это придумал Том. Он – гений!

ЛИТТЛ: Поздравляю!

Раздается тревожный звонок. Свет мигает.

ФРАНКЕНШТЕЙН: Кто бы это мог быть? (ЛИТТЛУ) Кто-то вошел в ее комнату. Надо бы проверить. (СВИФТУ) Заприте дверь в палату, Том. Кто бы туда ни попал, мы его поймаем. (СВИФТ нажимает кнопку, которая запирает дверь наверху.) (ЛИТТЛУ) Вы пойдете со мной.

СЛЕДУЮЩАЯ СЦЕНА. Палата

СИЛЬВИЯ спит, похрапывая. В палату только что пробралась ГЛОРИЯ. Она с опаской оглядывается, потом достает из сумочки револьвер и, проверив, заряжен ли он, прячет в сумку с рукоделием, лежащую на столе. ГЛОРИЯ едва успевает это сделать, как входят запыхавшиеся ЛИТТЛ и ФРАНКЕНШТЕЙН, открывший палату ключом.

ФРАНКЕНШТЕЙН: Что происходит?

ГЛОРИЯ: Я забыла здесь часы. (Показывает на часы.) Теперь они со мной.