Сочувствую ее темным духам… 13-21

Майкл, как и Саймон, обернулся назад как раз вовремя, чтобы увидеть, как Мартин надевает Элиасу наручники и что-то при этом говорит. Ребекка увидела, что на них смотрят, и тут же ткнула Мартина в плечо, что-то ему сообщила и указала в сторону чудом освободившейся четверки.

– Клод прав, – сказал Майкл. – Нам нужно уезжать отсюда как можно скорее.

– Куда? – спросил Клод.

Все четверо переглянулись.

– Давайте отъедем на безопасное от ооновцев расстояние, – предложил Майкл, – после чего мы все как следует обсудим.

Все четверо вновь переглянулись, и каждый из них, как один, согласно кивнул.

Клод и Эми забрались в электромобиль. Майкл выжал сцепление, и в следующее мгновение оба транспортных средства развернулись примерно на сто восемьдесят градусов и направились в обратную от кемпера сторону. Веревка на капоте электромобиля развевалась от скорости, и Саймон схватился за нее и, словно на поводке, стал держать электромобиль. Майкл бросил последний взгляд на удаляющийся и медленно уменьшающийся в размерах кемпер.

Он увидел Элиаса, чьи руки в наручниках находились за спиной, Ребекку, нацелившую автомат в спину арестованного, и Мартина, держащего на своем плече гораздо превосходящего его по размерам Строумэна. Вся эта процессия двигалась к полицейскому автомобилю. Помятый бампер, как предполагал Майкл, вряд ли позволит ооновцам с комфортом довезти Элиаса до своего нанимателя. Взгляд Майкла задержался на Элиасе. Майкл увидел – вернее, он подумал, что ему почудилось, что он увидел на лице ученого широкую улыбку, которая, к сожалению, могла означать все что угодно.

*************

Прошло где-то пятьсот метров с того момента, когда изрешеченный пулями кемпер и битый автомобиль ООН полностью скрылись за горизонтом. Электромобиль Клода снизил скорость. Майкл всмотрелся в салон некогда «Ауди», кивнул своему скрытому сопернику по любви, после чего тоже сбавил обороты. Вскоре электромобиль и электробайк остановились возле густой заросли на обочине. Клод и Эми выбрались наружу и подошли к Майклу и Саймону.

Своими мыслями по поводу улыбки Элиаса Майкл решил поделиться с остальными. Он не был уверен, почудилась она ему или нет, но решил, что будет лучше рассказать о ней.

– Теперь я еще сильнее не понимаю Элиаса, – сказал Клод. По сжатым рельефным скулам было очевидно, что все его мыслительные процессы работают в полную мощность. – Сначала он хотел, чтобы всех нас вместе с ним арестовали, потом согласился на свой одиночный арест.