Врата Рассвета

Отец в этих краях имеет немалое влияние, так или иначе выцарапать отсюда беглеца для него – вопрос времени и средств… А за ценой он точно не постоит. Можно, конечно, воспользоваться новым знакомством. Ложа Познания – организация более чем серьезная, так что если Кейна… Мысль оборвалась на полуслове, едва он представил, как просит прекрасную ведьму о защите и покровительстве. Выставить себя перед красавицей беспомощным мальчишкой!

Так ни до чего и не додумавшись, Рино оставил чародейку наедине с яичницей.

– Эй, почтенный. – Трактирщик, протиравший чистой тряпицей свою стойку, поднял на юношу глаза, – Мне и моей спутнице надо добраться до Ниланты. Я видел, у тебя во дворе стоит телега…

Ответить хозяин не успел. Громко хлопнула входная дверь, по дощатому полу загрохотали тяжелые сапоги. Рино обернулся на звук – и застыл, словно мышь-полевка перед диким котом.

Тройка мощных, широкоплечих усачей в одинаковых черных плащах, украшенных золотым ясенем. На лицах – немое изумление: их встреча удивила ничуть не меньше.

– Вот это сюрприз! – Осклабился старший из воинов. На лице у него постепенно проступает выражение, с каким распоследний скряга любуется горой золота.

– Здравствуй, Версаро, – вежливо поприветствовал Рино воина. – Не могу сказать, что рад тебя видеть.

– Зато ваш высокородный отец будет просто счастлив лицезреть вашу персону. – На лицах у троицы – самодовольные ухмылки. Видимо, уже посчитали, какими наградами и привилегиями осыплет их отец за столь нежданно подвернувшийся трофей.

– Не сомневаюсь, – огрызнулся Рино, – вот только одна беда: я вовсе не собираюсь доставлять ему подобную радость.

– Боюсь, ваше мнение на этот счет мы спрашивать не станем, – пожал плечами Версаро.

– Эй, почтенный воин. И кто же несчастный отец, жаждущий лицезреть блудное чадо? – Голос Кейны до такой степени наполнен ядом, что, кажется, все в трактире вот-вот попадают замертво.

Вот и все инкогнито.

– Ты подыскал себе очаровательную спутницу, юный господин, – усмехнулся Версаро, смерив Кейну ничего не выражающим взглядом. Для него она – наплевавшая на приличия пигалица, обрядившаяся в мужскую одежду, и ничего более. – Твой новый друг, милочка, сын Саргона, шаккура Ясеневого владения. И уж точно не твоего полета птица. Доедай свою ветчину и ни о чем не беспокойся, ты нам без надобности.