Великий крестовый поход

 – Они не похожи ни на один народ Земли, хотя и ходят на двух ногах, имеют по две руки, обладают речью и силой разума.

– Ну, ладно. В конце концов, это не так важно.

– О нет, напротив, это имеет первостепенное значение, милорд! Видите ли, если у них есть душа, то наша прямая обязанность наставить их на путь истинный. Если же у них души нет, то кощунственна сама попытка обратить их в святую веру.

– Ну, это уж ваши заботы, – равнодушно ответил барон.

Раскланявшись с сэром Роже, я заспешил к Бранитару.

– Чего ты хочешь? – такими словами встретил меня версгорец, едва я опустился в кресло.

– Скажите, Бранитар, – ответствовал я, – у вас есть душа?

– Чего?

Когда я объяснил, что значит «spiritus», он был крайне удивлен.

– Вы что, в самом деле верите, что у вас в голове что-то живет?

– Поймите меня правильно, душа нематериальна, она дает нам жизнь… Вернее, не совсем так, животные тоже живые существа, но мы, в отличие от них…

– Разумны? Вы это хотели сказать?

– Нет, нет и нет! Душа живет и после смерти тела и держит ответ за все содеянное человеком.

– Вы верите, что личность жива после смерти?! Интересная гипотеза. В таком случае, если личность можно отделить от материи, значит, ее можно перенести в иное тело, так сказать, воплотить в любом другом физическом объекте.

– Перестаньте молоть чепуху! – сердито вскричал я. – Вы хуже альбигойца! Скажите попросту, есть у вас душа или нет?

– Хм, наши ученые, я знаю, всесторонне исследовали проблему личности, но насчет этого, кажется, ничего определенного не решили.

– Опять вы за свое, – вздохнул я. – Меня интересует – есть у вас душа или нет, ничего боле.

– Не знаю, – честно признался он.

– Вы безнадежны, Бранитар. – Я хлопнул дверью.

Позже я говорил с капелланами, но за исключением очевидного – что получить крещение может любое существо, изъявившее на то желание, мы ни к чему не пришли. Это дело Рима, а может, даже и Вселенского Собора.

Тем временем леди Катрин справилась со слезами. Бродя длинными коридорами, она вышла в обеденную залу, где обнаружила сэра Оливера, задумчиво перебиравшего струны арфы.

– Миледи, какой прекрасный, какой ошеломляющий сюрприз!

– Где мы? – спросила она, приседая на скамью.

– Понятия не имею, – ответил рыцарь, но, догадавшись по красным глазам баронессы, что ей все известно, добавил: – Солнце уменьшилось до такой степени, что затерялось среди звезд.