Весенний роман

И к черту поборниц зеленых смузи.

Глава 4

– Я сяду за руль? – спросила Хелена. Было воскресное утро. Хелена припарковала машину возле гостиницы и вошла, чтобы забрать мать. – Тогда ты сможешь выпить бокал вина.

– Целый бокал? Не думаю. Это было бы прегрешением против здорового образа жизни, – сказала Джилли, оглядываясь и проверяя, все ли заперто. – Крессида озабочена тем, чтобы все вели здоровый образ жизни.

– Мама! Ты ли это говоришь? А что, мне нравится, когда ты выпускаешь наружу свою внутреннюю стерву.

Джилли рассмеялась.

– Надо признаться, я всегда чувствую облегчение, когда мне удается ее обнаружить. Ну что, ничего не забыли?

– Вряд ли Крессида ценит домашнюю выпечку, мамочка, – сказала Хелена, глядя на пластиковые контейнеры у нее в корзинке.

– Она – нет, а Мартин любит и берет с собой на работу. Крессиде он говорит, что это для коллег, но я знаю, что сам он тоже ест.

– А ты не думаешь, что, когда он приходит домой, она проверяет его дыхание на содержание углеводов и сахара?

– Вероятно.

Вообще-то я беру печенье, чтобы у Исси было чем перекусить, когда она приходит домой из школы. Мне кажется, что малышка недополучает калорий. Сплошные огурцы, морковь и цельные злаки. Но, пожалуй, ты права, мне не следует приучать ее…

Хелена хихикнула.

– К домашней стряпне. А ты зловредная бабушка!

По пути Хелена задавалась вопросом, стоит ли обмолвиться о подозрениях относительно мотивов, подвигнувших невестку пригласить их обеих в гости. Вдруг Джилли признается, что думает о том же? Но она знала, что матери не нравилось, когда она неодобрительно отзывалась о Крессиде, и потому Хелена делала так лишь в тех случаях, когда это было действительно оправданно.

Она припарковалась у изящного современного дома с крутой подъездной дорожкой, явно негостеприимной к автомобилям. Потом они с матерью еще несколько секунд посидели в машине, собираясь с духом.

– Надеюсь, ты тепло одета, – наконец сказала Джилли.

– Мама! Сейчас уже апрель!

– Еще апрель! И в этом доме вечно холодно, но Крессиде всегда тепло.

Это все потому, что она бегает.

Хелена вздрогнула. Пристрастие невестки к бегу всегда выбивало ее из колеи.

– Ну что, пойдем.

* * *

– Привет, сестричка, – обнял ее брат Мартин.

Его жена, высокая и худая, была в черном, с серебряными украшениями. Волосы у нее были собраны в очень аккуратный хвост, макияж был едва заметным, без помады, или ее оттенок был абсолютно натуральным.