Ветреный. Испытание любви

Ему стреляли в спину, и он потерял сознание, не успев обернуться. Впрочем, Мирану и не требовалось видеть. Никто, кроме семьи Шаноглу, не осмелился бы выстрелить в спину. Эти рассуждения приводили Мирана в ярость, но он не хотел обсуждать свои трудности с Рейян.

– Я не знаю, – процедил он, стиснув зубы. Гнев отравлял все его существо, но Миран ничего не сказал. – Я не видел, кто стрелял.

Мужчина прекрасно знал, кто виновник. Он не сомневался ни на секунду в том, кто стрелял или приказал выстрелить, но не хотел делиться с Рейян.

Девушка почувствовала облегчение. Ее отчим и Азат из раза в раз твердили, что они непричастны, но это не утешало девушку. Она не стала настаивать, чтобы Миран вспомнил, страшась узнать ответ. Кроме того, услышанный разговор отчима беспокоил ее.

– Что же будет дальше? – спросила девушка, хотя беспокоил ее иной вопрос. Когда же закончится эта вражда? Девушка не могла перестать тревожиться. Она пристально всматривалась в потускневшие глаза Мирана, но так и не смогла найти в его строгом взгляде ответа.

– Ничего, – холодно ответил Миран. Мужчина не мог перестать злиться, рассуждая о своих врагах, даже несмотря на сидящую рядом Рейян. Он открыл рот, чтобы разразиться гневной тирадой, но вовремя прикусил язык, заметив в глазах девушки страх. Мужчина выдавил из себя улыбку.

– Ничего не будет, потому что я устал, – беспокойно ответил он.

Мужчина понятия не имел, что на самом деле он сын человека, которого считал своим врагом. Он израненный ребенок, рожденный печальной любовью, разрушенной юностью, страданием одного сердца и страстью другого.

Сможет ли Миран принять это?

Рейян не хотела поднимать эту тему, время и место казались неподходящими, хотя девушка и понимала, что этот секрет тяжким бременем ляжет на ее плечи. Она смотрела в глаза Мирану и не знала, сможет ли скрыть правду. Когда истина раскроется, сможет ли девушка признаться, что нарочно молчала?

Рейян боялась взгляда Мирана, его потаенных чувств, его безудержной ярости, всего.

– Однажды, – начала Рейян, и ее руки невольно коснулись живота. – Прошлое причинит нам боль, и ничто не поможет. Однажды наши сердца боль пронзит, точно шипы.

Рейян говорила правду, и Миран не мог отрицать очевидное. Их история началась печально.