Вишневые воры

Я смотрела на них как завороженная, на всех четырех, томных и красивых, как лебеди в трясине.

Через какое-то время они заметили, что мы стоим в дверях.

– Наши малышки пришли, – сказала Розалинда своим скрипучим голосом, по тембру напоминавшим пчелиный гул. Она на секунду подняла голову, посмотрела нас с Зили и вновь опустилась на подушку, упиравшуюся в ручку дивана.

– Закройте дверь, зайки. А то еще заглянет кто.

– Боже, ну и вид у вас, – испуганно сказала Эстер, взглянув на нас с Зили. – Чем это вы занимались после церкви?

Она лежала на диване напротив Розалинды, их щиколотки были переплетены.

На полу был открыт путеводитель Бедекера по Парижу с загнутыми страницами, отмечавшими места предстоящей поездки Эстер и морского существа в медовый месяц.

– Что же с вами будет, когда я уеду? – спросила она, не отрывая щеки от ручки дивана.

– Ты еще не уехала – и только посмотри на них, – сказала Дафни. – Совсем одичали. – Она откинулась на спинку своего дивана; на коленях у нее была одна из тех мрачных книг в мягкой обложке, которые она вечно читала: «Дьяволица» или «Грех на колесах».

– Когда я уеду, вы должны последить за ними, – сказала Эстер Розалинде, Калле и Дафни. – Все вы!

Калла, свернувшаяся калачиком в кресле у камина и безучастно смотревшая в окно, неохотно повернулась и взглянула на нас с Зили.

– Не так уж плохо они выглядят, – сказала она и вновь отвернулась к окну.

– В этом-то и проблема, – сказала Эстер. – Вы ничего не замечаете.

– Мы замечаем, – ответила Дафни.

 – Просто нам все равно.

Розалинда села и жестом подозвала меня к себе. Я оставила Зили у двери и осторожно села на подушку, волнуясь, не испачкаю ли я ее кровью, но не решаясь спросить об этом. Розалинда потянула за ленту и распустила хвост, в который были убраны мои средней длины волосы. Она попыталась было распутать их, подергала пару прядей, потянула за узел, а потом со вздохом опустила руки.

– Проще отрезать это все, – сказала она, откидываясь назад.

– Рози, что ты будешь делать, когда выйдешь замуж? – спросила Эстер, садясь, чтобы освободить место для Зили.

 – У тебя дети будут? Или ты забыла об этом?

Розалинда задумалась.

– У меня будет дочка, очень воспитанная. – Только одна. А если окажется, что материнство – это не для меня, я положу ее в корзинку и оставлю на чьем-нибудь пороге.

– Ужасно даже шутить об этом! – сказала Эстер. – Ну ты и скажешь иногда, Рози!

– Вот бы мама с нами так поступила, – сказала Дафни.