Влюблен и верен

– Тебе нужно побыть одной, и я не хочу мешать. – Он сделал паузу, надеясь, что она вот-вот скажет ему, что он ошибается… – Я вернусь рано утром, и мы сможем открыть подарки и поздравить Габи.

Пенни пристально следила за пальцами своих ног, перебирающих ворсинки мягкого ковра. Много времени прошло с тех пор, как она могла позволить себе ходить босиком. Неожиданно она осознала, как приятны милые удобства – такие, например, как этот ковер.

– Может, тебе не стоит приходить очень рано? Я думаю, Габи ничего не заподозрит.

Даниэль отошел от стены, проводя рукой по волосам.

Пенни помнила этот жест. Он делал так, когда нервничал.

– Конечно, – пробормотал он.

У Пенни чаще забилось сердце. Она сказала что-то не так? Ведь они оба стремились оградить их дочь от боли, которая может ранить ее. Пенни не готова отвечать на вопросы, которые возникнут, если рассказать ей правду. Пока еще нет…

Она боялась – Габи будет винить себя в случившемся. Ведь очень часто именно мысли о собственной вине возникают у детей, когда они узнают – их родители больше не любят друг друга и не хотят быть вместе.

Хотя в данном случае проблема была не в том, что ушла любовь. Любовь как раз никуда не делась. Ее сердце в течение последних десяти лет билось для Даниэля. Он был смыслом ее жизни.

Даниэль оглянулся, как будто мог слышать ее внутренний монолог:

– Пенни, я знаю, сейчас не самый подходящий момент, но ты приехала только на несколько дней и я не могу откладывать этот разговор.

Она села в кресло и так крепко сжала подлокотники, что пальцы онемели.

– Давай обсудим все завтра, Даниэль. Я понимаю, мы должны поговорить, но мне нужно некоторое время, чтобы привести мысли в порядок.

Пенни размышляла об этом все эти последние несколько месяцев. Может ли один день изменить что-нибудь?

Даниэль неохотно кивнул:

– Завтра? Что ж, давай проведем этот день вместе, отпразднуем день рождения Габи, а вечером поговорим и все решим.

У Пенни пересохло во рту.

– Хорошо, – согласилась она. – Ты прав, мы все решим.

Но не сейчас.

Даниэль посмотрел на нее, и его взгляд был красноречивее слов. Она прекрасно понимала мужа, потому что чувствовала то же самое. Он бесшумно пересек гостиную, остановился рядом с Пенни и, положив свою ладонь на ее руку, поцеловал жену в щеку.

Ей следовало бы отстраниться, но она не смогла.

– Я люблю тебя, – сказал Даниэль едва слышно.

Пенни встала и ошеломленно смотрела, как он направляется в гостиную, не сводя с нее глаз.