Влюблен и верен

Он провел рукой по одеялу, сопротивляясь желанию встать и войти в ванную комнату. Пенни еще была там, и он мог слышать шум воды.

Даниэль не знал, что делать. Может, оставить лампу на ее тумбочке включенной, а самому забраться под одеяло, отвернуться и притвориться спящим? Или просто сидеть и ждать ее? Или предложить спать в кресле? Или даже на полу…

Даниэль вздохнул. Он хотел сделать все правильно и не знал, с чего начать.

Наконец в ванной выключили воду.

Даниэль скинул футболку, сложил пополам и бросил на пол.

Потом сделал то же самое с джинсами и носками. Трусы-боксеры он оставил на месте, натянул одеяло и перекатился на свою сторону, выключив лампу со своей стороны.

Он слышал, как Пенни повернула ручку, открывая дверь, слышал ее мягкие шаги по ковру. Почувствовал, как она легла в кровать. Расстояние между ними казалось огромным. Как океан, который еще недавно разделял их…

Даниэль слышал ее легкое дыхание. Но холодные простыни между ними не позволяли ему приблизиться к ней. А он так этого хотел! Вместо этого он молча ударил кулаком подушку и закрыл глаза, надеясь, что скоро заснет.

– Спокойной ночи.

Мягкий голос Пенни заставил его снова открыть глаза.

– Спокойной ночи, – ответил он хрипло.

Интересно, как долго они будут лежать так и притворяться, что спят? Оба в раздумьях и ожидании.

Так близко и так далеко друг от друга.

Она согласилась притворяться. Пока. Что ж, возможно, Пенни даст ему тот второй шанс, который так отчаянно ему нужен!

Глава 6

Даниэль проснулся рано.

Он не понял, что разбудило его, но точно знал, почему спал так хорошо. Вставать не хотелось…

Прошла вечность с тех пор, как он проснулся рядом с женой, ощущая тепло ее тела, слушая ее дыхание. Он старался сдерживать собственное дыхание из страха разбудить Пенни.

Ночью во сне они каким-то образом оказались рядом. Теперь их тела соприкасались, и ему хотелось осторожно обнять Пенни. Но он не решился.

Он еще не получил право касаться ее. Тем более держать ее в своих объятиях.

Даниэль долго ждал этого дня. Но здравый смысл останавливал его. Он знал – Пенни не виновата, что ей придется снова уехать. Черт, она была так расстроена, узнав о продлении ее контракта…

Не было сомнений – пройти снова через расставание будет трудно. Очевидно, ему снова придется оказаться в холоде одиночества, который окружал его, пока Пенни служила.

Он сознавал последствия своего поступка. Но слишком много всего навалилось на него.