Вне Времени

Хотели пойти прогуляться.

– Тогда бросайте шмотки здесь и идите, а потом, вечером возвращайтесь – Федорыч заедет, отвезет вас по высшему разряду.

– А, он лошадный?

– Лошадный, купил тут себе старый "Паккард" – точно такой же, на каком Сталин ездил. Восстановил, вылизал, отхромировал – короче, сами увидите.

Поблагодарив Димку и Владу за теплый прием, Лес, Ринки и Сева выгрузили из своего багажа самое необходимое, в том числе – фотоаппараты и видеокамеру, переоделись в соответствии с погодой и отправились на волю.

…Три дюжины десять два ЗИ – одна дюжина одиннадцатому РЫ. Объекты получили постоянное место дислокации в соответствии с первоначальным планом.

…Ринки упросили ребят посетить Лавру в первый же день, и в начале второго путешественники уже выгрузились из метро "Арсенальная" и прогулочным шагом, ведомые Севой, направились по тенистой улице в сторону Лавры. По пути Сева свернул в Парк Славы, чтобы показать своим друзьям вид с днепровских круч. Народу на улицах в этот пасмурный день было не очень много, асфальт еще не просох от дождя, зелень деревьев сверкала влажной свежестью.

– Ребят, а ребят! Мы же сегодня еще не емши. Да и не пимши. Как по-вашему, вон то кафе подойдет? – спросил наконец Сева, которому стало холодно смотреть на своих друзей.

– Подойдет!!! – хором воскликнули оголодавшие сестрицы, окинув взглядом летнюю забегаловку со столиками под зонтиками с надписью "Хайнекен", источавшую вокруг себя весьма неплохие ароматы – А пива здесь нам нальют?

– Нальют, Эри.

– А оно… как?

– Да вроде ничего, вкусное было когда-то…

Получив от полусонной продавщицы три порции вполне приемлемого и нежного шашлыка и несколько бутылок пива, молодые люди расселись под зонтиком и принялись за еду. Лестер вытащил видеокамеру и стал снимать застолье. Неожиданно он перевел объектив на палатку. Сева оглянулся, и… глаза его стали округляться.

Возле палатки маячил высокий тощий силуэт "Марьи Васильевны" в мужской "ипостаси" – с расстояния в четыре метра ошибиться было невозможно. Субьект бросил единственный взгляд на продавщицу, и та, бессильно уронив голову на руки, навалилась на прилавок, сладко уснув. Сева быстро озирнулся – во всей аллее, кроме них, не было видно ни единого человека.

"Марья Васильевна" подошел к их столику.

– Камеру выключи! – быстро произнес он.