Внутренняя красота

– Синьор ди Маттео приехал писать портрет моих братьев, а не рассуждать о том, что он находит привлекательным в женщинах. – Кресси с трудом сглотнула. – Прошу прощения. И у вас тоже, синьор ди Маттео. Извините, у меня разболелась голова, потому мне не до хороших манер.

– Крессида, ты ведь не собираешься уединиться в своей комнате. Джеймс и Гарри…

– Я хорошо знаю свои обязанности, благодарю вас.

– Однако, если тебе не хочется присутствовать на ужине, думаю, синьор ди Маттео и я вполне обойдемся без твоего общества.

– Я в этом не сомневаюсь, – пробормотала Кресси, желая исчезнуть до того, как окончательно не выйдет из себя или не разрыдается. Могло произойти и то, и другое или же то и другое вместе. Кресси решила не показывать, насколько расстроена, и тем доставить Белле удовольствие.

Но когда она уже собралась уйти, Джованни встал.

– Леди Армстронг, должен сообщить, вы ошибаетесь по нескольким пунктам, – резко заговорил он. – Во-первых, немало найдется просвещенных мужчин, которым очень нравится общество умных женщин.

А я включаю себя в их число. Во-вторых, я, к сожалению, предпочитаю ужинать в одиночестве, когда работаю. Если вы позволите, мне хотелось бы, чтобы гувернантка представила меня своим подопечным.

Щелкнув каблуками в чисто итальянской манере и чуть поклонившись, Джованни попрощался, очень крепко взял Кресси за руку и вывел из гостиной.

– Леди Крессида. Кресси. Успокойтесь. Мальчики могут немного подождать. Вы вся дрожите. – Наобум открыв первую дверь, Джованни провел ее в небольшую комнату, которой, видно, больше не пользовались, ибо здесь пахло плесенью, а ставни были закрыты.

 – Садитесь вот сюда. Меня не удивляет, что вы так расстроены. Озлобление вашей мачехи превосходит лишь ее способность пожирать пироги.

К его облегчению Кресси рассмеялась:

– Мы с сестрами считали ее злой мачехой, неожиданно выскочившей из страниц сказки. Не знаю, почему она так сильно ненавидит нас… хотя отец прав, мы не сделали ничего такого, что дало бы ей повод любить нас.

– Пять дочерей, все умнее мачехи и намного привлекательнее…

– Намного привлекательнее четыре из них.

– Если продолжить метафору из сказки, почему вам так хочется быть некрасивой сестрой?

– Потому что это правда. – Кресси пожала плечами. – Я всегда такая. У вас есть братья и сестры?

– Нет. – По крайней мере, у него не оказалось ни братьев, ни сестер, которые признавали бы его, а это равносильно тому, что не иметь их.