Во имя народа

Само здание внешне выглядело обычным: темно-красная кирпичная облицовка, крыша со скатом – казалось бы, стандартная постройка 50-х годов ХХ века в советском стиле. Но в глазах кадровых работников она являла собой цитадель государственной власти, и сквозь внешнюю ее скромность проступало величие внутренней силы. Определяемая здесь политика влияла на жизнь и работу шестидесяти миллионов людей.

Хоу Лянпин и Цзи Чанмин взошли по ступеням. В холле их встретил секретарь Ша Жуйцзиня, начальник управления Бай. Он провел их в большую приемную, налил гостям воды и предложил немного подождать, сказав, что секретарь Ша сейчас беседует с Тянь Гофу – вновь назначенным секретарем дисциплинарной комиссии провинции.

Ждали они и правда немного – около часа. Цзи Чанмин выглядел изрядно взволнованным:

– Вновь прибывший секретарь комиссии по дисциплине, вновь прибывший секретарь парткома, да, еще и ты – вновь прибывший начальник Департамента по противодействию коррупции! Похоже, наша провинция должна измениться!

Наконец появился веселый и радостный Ша Жуйцзинь – он провожал того самого нового секретаря дисциплинарной комиссии – и ритуально поздоровался с обоими.

Цзи Чанмин представил Хоу Лянпина, и Ша Жуйцзинь пошутил:

– Я знаю, Главное управление по противодействию коррупции Верховной прокуратуры величественно презентовало молодой талант!

Хоу Лянпин был несколько смущен. Ша Жуйцзинь жестом предложил обоим гостям сесть на диван, заняв место напротив.

Ша Жуйцзинь держался раскованно; сказал, что сам прибыл совсем недавно и в должности всего двадцать восемь дней, включая сегодняшний.

Всё это время он в основном ездил в города и уезды провинции, уяснял ситуацию. Ведь без этого не о чем и говорить. Цзи Чанмин и Хоу Лянпин, кивая головами, достали ноутбуки, готовясь делать заметки. Но Ша Жуйцзинь махнул рукой:

– Сегодняшнюю беседу не надо записывать, просто запомните сказанное – этого достаточно.

Секретарь признался, что результаты его поездок не слишком оптимистичны, ситуация с кадрами вызвала у него определенное беспокойство.

Люди недовольны, люди не радуются! Да еще в эти двадцать восемь дней в Цзинчжоу на берегу озера Гуанминху произошел странный пожар, приключилось позорное и получившее широкую огласку «дело 16 сентября». Хоу Лянпин вставил реплику о том, что он в Кунмине видел в сети ролик с места событий. Ша Жуйцзинь хлопнул по подлокотнику дивана:

– Поэтому я и говорю о позорной широкой огласке.