Во имя народа

Все работники «Дафэн» – владельцы акций – были благодарны Чэнь Яньши. Реформа системы собственности, которую он возглавил, отвоевала для них сегодняшние акции. Когда двадцать лет назад повсеместно делался акцент на эффективности, независимый в суждениях и поступках Чэнь Яньши сделал упор на справедливость. Теперь справедливость исчезла: они непонятным образом потеряли акции и даже не получили выходное пособие. В корпорации «Шаньшуй» говорят, что при переуступке акций деньги на выходные пособия в размере нескольких десятков миллионов выплатили Цай Чэнгуну, а тот все деньги спустил, прогорев на угольной торговле.

Рабочие не признали закулисную сделку Цай Чэнгуна и Гао Сяоцинь из корпорации «Шаньшуй», поскольку любые изменения долевой собственности необходимо было согласовать с советом рабочих – держателей акций. Выходные же пособия в принципе не могли пропасть, ведь этот вопрос находился в сфере государственного регулирования. Пока эти два пункта не улажены, переезжать нельзя; если переезд в связи со сносом будет осуществлен на таких формальных основаниях – они останутся ни с чем.

Чжэн Сипо вошел в офис председателя правления. После бегства Цай Чэнгуна он стал председателем. Он прилег на диван, накрылся одеялом, погасил свет и уснул. Он уже не помнил точно, сколько ночей так провел. Часто до того, как он погружался в сон, в его сознании зарождались стихотворные ритмы. Если б он был еще молод, то, быть может, вскочил бы и начал лихорадочно записывать строчку за строчкой, сейчас же он мог лишь забрать стихи в мир сновидений.

Глава 6. Ящик водки и костюм с иголочки

Это было сродни телепатии: как только Хоу Лянпин начал интересоваться проектом «Гуанминху», фигурант по делу – старый дружок Цай Чэнгун – вопреки ожиданиям, явился по собственной инициативе. Через три дня после возвращения в Пекин, под вечер, когда уже стемнело и Хоу Лянпин после работы вошел в ворота микрорайона, Цай Чэнгун набросился на него, как домашний пес.

– Ай-я! Старый друг, а я искал тебя! В этот раз приехал в Пекин с ходатайством, повсюду с собаками и соколами разыскивал тебя! Хоуцзы, не прогоняй меня! Я должен тебе донести на коррумпированного чиновника, правда!

Сообщив, что намерен донести на преступника, друг детства как будто свалил этого коррупционера на Хоу Лянпина. На глазах у всех он и водитель – каждый с сумкой из змеиной кожи на плече – вошли в дом, в котором жил Хоу Лянпин.