Во имя народа

Сердце Ша Жуйцзиня вздрогнуло: за ночь до этого на берегу озера Гуанминху произошла трагедия, погибли несколько человек, многие получили ожоги, а этот начальник департамента еще и цветоводом заделался?

Лишь позже стало известно, что в цветоводы подался не только начальник Департамента общественной безопасности. С тех пор, как двадцать с лишним дней назад Ша Жуйцзинь десантировался в провинции, место пребывания Чэнь Яньши – этот дом престарелых – стало весьма оживленным! Жизненно важная информация разнеслась, словно ветер: отец Ша Жуйцзиня был командиром отделения Чэнь Яньши и рекомендовал его для вступления в партию! После освобождения Чэнь Яньши постоянно материально поддерживал семью героя, обеспечивая Ша Жуйцзиня до окончания университета.

Ци Тунвэю после получения этой информации оставалось лишь незамедлительно податься в цветоводы.

Улыбка застыла на лице Гао Юйляна. Он никак не ожидал, что Ци Тунвэй побежит к Чэнь Яньши в дом престарелых копать землю, и уж точно не ожидал, что новый секретарь прямо направит острие копья на Ци Тунвэя.

Некоторое время он даже был обескуражен таким оборотом.

Ша Жуйцзинь легко перешел на полусерьезный тон:

– Я предлагаю определить передовика сельскохозяйственного труда этого года, а именно, избрать таковым нашего уважаемого начальника департамента Ци, по крайней мере, я голосую за. Хороший товарищ, настоящий мастер сельскохозяйственного труда!

В этот момент Ли Дакан не упустил шанс проявить свой талант.

Взявшись за кисть, будь жестким, хочешь ухватить кусок – целься в главную точку. Отчетливо произнося каждое слово, он вмешался в разговор:

– Секретарь Жуйцзинь, я поддерживаю ваше предложение, я тоже голосую за! Этот товарищ поднялся вверх за счет подхалимажа. Когда я работал личным помощником секретаря парткома провинции товарища Чжао Личуня, Ци Тунвэй служил начальником отделения полицейского участка.

Как-то раз, когда товарищ Чжао Личунь отправился в деревню навестить могилы родственников, мы с Ци Тунвэем сопровождали его. Ци Тунвэй лез из кожи вон – когда прибыли на могильный курган семьи Чжао, он упал на колени и зарыдал, потекли слезы и сопли…

Выразившись живо и ярко, Ли Дакан невольно вызвал у членов Постоянного комитета легкий смех.