Войны вампиров

Он смертельно побледнел, сердце готовилось выпрыгнуть из груди, но внешне молодой человек оставался совершенно спокоен и хладнокровно ждал дальнейшего развития событий.

Роберт не понял, сколько времени прошло – три секунды или три столетия. Человек и зверь не сводили глаз один с другого. Если бы Роберт отвел взгляд хоть на одно мгновение, участь его была бы решена. Вдруг черная, расшитая золотом портьера отодвинулась и приглушенный, словно идущий откуда-то издалека голос произнес:

– Моуди! Моуди!

Заслышав зов хозяина, тигр, однако, не пошел на него, а быстро нырнул обратно под софу.

С трудом сдерживая гнев, Роберт обратился к вошедшему:

– Досточтимый сэр! Ваши шутки по меньшей мере неуместны! Я не знаю, с какой целью меня заманили в это Богом забытое место. Однако если кто-то решил обчистить мои карманы, предупреждаю, он жестоко просчитался. У меня при себе всего десять фунтов, зато револьвер – отличный!..

Тут он вдруг запнулся, чувствуя, что какая-то неведомая сила вынудила его умолкнуть, а взглянув в лицо стоящего перед ним человека, окончательно смутился.

Тот был невысокого роста и настолько худ, что казалось, Будто одежды из тонкого черного шелка прикрывают скелет, а не существо из плоти и крови. Тощие землистые руки высохли, как у мумии.

На костистом лице с высоким лбом молодым живым блеском светились голубые глаза, напоминавшие незабудки. Череп незнакомца был гол, как колено.

Тем не менее во всем его облике не было ничего отталкивающего или страшного В каждом движении чувствовалось собственное достоинство и неукротимая энергия, взгляд, казалось, излучал жизненную силу.

Осанка незнакомца была прямой, держался он непринужденно и улыбался доброй улыбкой.

– Садитесь, прошу вас, сэр, – мягко произнес он.

Роберт последовал его совету, чувствуя, что голова слегка идет кругом. В уме роилось множество бессвязных мыслей, нелепых подозрений и, к удивлению своему, Дарвел вдруг обнаружил, что этот странный человек почти полностью подчинил его себе.

А тот продолжал говорить своим тихим, словно доносящимся издалека голосом и Роберт постепенно успокаивался.

– Прежде всего отбросьте всякие подозрения, юноша. Я понимаю ваше негодование и приношу глубочайшие извинения за то, что напрочь забыл о моем бедном Моуди, который любит отдыхать здесь по еле обеда. Поверьте, он совершенно безобиден. Я подобрал его в джунглях совсем крошечным, и он еще никому из моих друзей не причинил вреда.