Всё возможно

В ту ночь она проявила чудеса ловкости, ускользнув от него, а теперь выглядит такой неуклюжей и потерянной.

– Наверное, я должна вас как-то отблагодарить…

– Не чувствуйте себя обязанной, синьорина, – промолвил он галантно.

Вопреки осознанию того, что его действия повлекут за собой одни лишь неприятности, Жанлука порылся в кармане пиджака в поисках визитки. Он вложил карточку в изящную ладошку, накрыв ее пальцы своими. Рука девушки была теплой, гладкой и невероятно крошечной по сравнению с его собственной.

Она отстранилась, давая понять, что тот совершил ошибку, коснувшись ее. Однако Жанлука помнил, как охотно она отвечала на его ласки семь лет назад.

– Вы сможете найти меня в баре «У Рико» около одиннадцати, – сказал он прежде, чем успел подумать о последствиях. – Там будет частная вечеринка, но я предупрежу о вас охрану. Удачной экскурсии, синьорина.

– Вы даже не знаете моего имени, – крикнула она вслед.

«Вот именно». В горле у него встал ком. Узнай он лишь эту маленькую деталь тогда, все забылось бы.

Просто очередная ночь с очередной девушкой, а так – осталось чувство незавершенности. Незнакомка запала ему в душу, поэтому он сейчас стоит посреди площади, не в силах сделать и пары шагов, и сжимает кулаки до боли.

Скрепя сердце Жанлука постарался взглянуть на нее без единой эмоции. В конце концов, он из Бенедетти – бессердечность и жестокосердие у них в крови. Трудно забыть о своем наследии, тем более в столь древнем городе, где предки веками возглавляли легионы, плели интриги, предавали и, конечно, воевали.

Столько крови было пролито, что хватило бы окрасить Тирренское море в алый цвет.

– Назовите пароль… хм, «Клубника» – и вас пропустят, – протянул Жанлука.

Его приглушенный голос таил в себе опасность и мог бы заставить побледнеть руководителей крупных транснациональных корпораций, с которыми он привык иметь дело, но не ее.

Пронизывающий взгляд зеленых глаз заставлял замирать от восторга. У этой девушки определенно сильный характер, а его привлекала опасная игра.

«Довольно!» – очнулся Жанлука от наваждения. Сейчас речь не о вендетте. Она прежде всего девушка, и он должен уважать ее, как любой цивилизованный и благородный римлянин.

Жанлука запрыгнул в «ламборгини» и завел мотор, сжимая руль так, что костяшки пальцев побелели. Нет, это не кровь Бенедетти проявлялась сейчас в нем, а сицилийская его часть. Не холодность, а чувства. Ему это не нравилось.