Все, кроме правды

Или мне это показалось?

Он погладил Моцарта, поднял на меня глаза и улыбнулся. Тост как раз был готов, и запах плавленого сыра вызвал у меня тошноту – привет от первого триместра. Разговор продолжился. Мне казалось, что наш диалог – это отплывающая лодка. Веревки быстро скользили из рук по мере того, как мы удалялись от берега, и скоро будет уже слишком поздно, чтобы притянуть лодку обратно. Это и заставило меня бросить якорь, остановить лодку:

– Так это не имеет к тебе отношения? – я натужно засмеялась. – Ты не был замешан?

Я не могла не спросить.

Джек медленно обернулся. Тост обжигал ему пальцы, и Джек бросил его на поднос. Я раскрыла все свои карты этим вопросом, но он не обратил внимания.

– Спать пойдем? – поинтересовался он.

Он не собирался отвечать. Ни слова. Да мне и не нужен был ответ, правда же? Риторический вопрос, неудачная шутка.

Пауза затянулась. Хотя он мог утверждать, что неловкости не было, но это не так. Я это чувствовала точно так же, как точное время, даже если только проснулась, или что у пациента случится остановка сердца.

– Не знаю, но я…

– Джек! – окликнула его мать, входя в кухню со стопкой книг. – Когда переедешь обратно, не мог бы забрать их в свою комнату? А то валяются тут.

Я повернулась к Синтии. Она почти всегда носила блузку и кардиган. Я никогда ни на ком не видела настоящую двойку, кроме как в американских фильмах пятидесятых годов.

Когда она вошла, я, как всегда, замолчала. Синтия меня в упор не видела, тоже, как всегда. Посмотрела снимок УЗИ, и на этом все, никогда не интересовалась, есть ли у меня братья и сестры, в каком университете я училась. Она постоянно использовала помаду одного и того же розового оттенка. Однажды утром я увидела ее ненакрашенной – она казалась привидением.

– Ну, мы еще не знаем, какие наши планы, – ответил Джек матери.

– Мы оба живем в Ньюкасле, – добавила я, не сдержавшись.

Его мать вздрогнула от моего произношения: они говорили название города с ударением на первый слог, но все местные знали, что правильно на второй.

– Ну, решим, – сказала она.

Я снова посмотрела на Джека. Он безмятежно резал тост, взгляд устремлен на стол. Я, конечно, мало его знала, но была уверена, что его мысли лихорадочно крутятся вокруг просьбы матери.

Три дня после нашего первого свидания я искала информацию о нем в Интернете.