Все, что я хотела сказать

Я сижу неподвижно, пока все вокруг собирают вещи и чуть ли не бегом мчатся из кабинета. В школе проводят тренировки по всем осенним видам спорта. Об этом объявили во время обеда. Я пытаюсь дождаться, когда уйдет Уит, чтобы выйти следом, но он тоже медлит.

А точнее, медленно поворачивается ко мне.

– Ты что здесь делаешь, черт возьми? – тихо спрашивает он, пристально глядя на меня.

– Учусь, – отвечаю я вполголоса.

– Да черта с два, – парирует он, отпрянув, будто подхватит от меня заразу, если пододвинется ближе.

Я ненавижу его. Правда. Но в то же время меня к нему тянет. Притяжение осязаемо, меня влечет к нему, и я задумываюсь, чувствует ли он то же самое.

– Я поступила, – объясняю ему, беру рюкзак и убираю свои вещи. – Нравится тебе это или нет.

Он смотрит на меня свирепым взглядом.

Я отвечаю ему тем же.

Уит первым нарушает молчание.

– Отлично шлепнулась. Наверняка больно свалиться прямо на колени. – Он ухмыляется. – Хотя, уверен, ты привыкла стоять на коленях.

Его оскорбления ранят меня, словно удар ножом, рассекая на части.

– Иди ты в задницу, – рявкаю я и встаю.

Уит тоже встает и преграждает мне путь. Он стал гораздо более внушительным, чем был три года назад. Выше. Шире. Сильнее. Но я не позволю ему напугать меня.

– Видно, ты была бы рада, если бы пошел в твою, – говорит он тихим дразнящим голосом. Не знаю, как учитель нас не слышит, но, вероятно, он ничего не замечает. – Ты дешевая шлюха, как и твоя мать.

Я ловко увиливаю от него в последний момент и убегаю не оглядываясь.

Его смех преследует меня весь путь по коридору, и, только выйдя из здания, я понимаю, что он звучит у меня в голове. В моих мыслях.

Они наполнены его смехом, который напоминает мне о том, что я в самом деле дочь своей матери.

Всего лишь дешевая шлюха.

Глава 4

Саммер

Первые две недели учебы проходят однообразно. Я запоминаю расписание, пытаюсь понять учителей и что они от нас хотят, а по вечерам делаю домашние задания, хотя они не слишком сложные.

В начале четверти нагрузку всегда увеличивают постепенно. Так принято во всех школах. Я пока не завела друзей. Пошли слухи, что Уит специально поставил мне подножку в первый учебный день, отчего у всех стали возникать вопросы. К тому же у нашей неприятной беседы после урока в тот понедельник были свидетели, и я медленно, но верно стала в школе изгоем.

Со мной никто не разговаривает. Ланкастер заткнул всем рты.