Всего лишь поцелуй

Кендалл вернулся к теме маркетинговой стратегии, и Люк вспомнил, что где-то валялся план, который мисс Выскочка бросила ему на стол много лет назад. Куда же он подевал ту бумагу? Было бы интересно взглянуть, что она предлагала…

– Напомни, кто будет на совещании? – попросил он Кендалла.

Другу не нужно было сверяться с компьютером, чтобы пробежаться по именам.

– А «Джесс Шервуд концепт» – нет? – осведомился Люк.

– Ты ведь особо подчеркнул, чтобы эту фирму не приглашали! – запротестовал Кендалл.

Люк вскинул руку, утихомиривая друга.

– Я просто проверяю.

Кендалл покачал головой:

– Понятия не имею, почему ты так на этом настаивал. Это молодая фирма, но за последние годы Джесс Шервуд провела несколько впечатляющих кампаний.

– И ты не хочешь позвать ее? – удивился Оуэн. – В чем проблема?

Джесс Шервуд. Он все еще помнил большие карие глаза и белокурые, медового оттенка локоны, высокую стройную фигуру и гладкую кремовую кожу. Помнил ее вкус… сочетание земляничного блеска для губ и мятной жвачки.

Он скорее съел бы свой галстук, чем обратился к ней за помощью. Она была острым шипом в его памяти… самым пылким сексуальным приключением его жизни. И помнится, она разобралась, к чему идет дело. А Люк, со всеми своими дипломами и опытом, хваленой способностью вникать в самую суть бизнеса и определять уязвимые места, не смог сделать это – для своей же винодельни.

– А чем тебя не устраивает Джесс Шервуд? – нахмурился Оуэн.

– Джесс стажировалась в Сен-Сильве тем летом, когда я унаследовал хозяйство. Мой развод с сестрой сатаны был в самом разгаре, я не хотел заниматься винодельней, вкалывал, как проклятый, и был…

– Несчастным? – подсказал Кендалл, когда Люк замялся. – Подавленным?

Черт, тогда он имел право зализывать раны. Люк всегда хотел иметь семью и считал, что Мерсия поможет претворить в жизнь эту мечту. И она обещала то, что он и хотел слышать… корни, стабильность… До свадьбы ей удавалось лицемерить, и, вскоре очнувшись, Люк обнаружил себя связанным узами законного брака с алчущей свободы, разбазаривающей его состояние мегерой.

И он решил, что никогда больше не впутается в серьезные отношения и ни за что не позволит женщине снова опустошить его – финансово и эмоционально. Наблюдать за тем, как меркнет его давняя мечта о семье, было больно. Очень больно.

Прищурившись, Люк взглянул на Кендалла.