Всего лишь поцелуй

Он чувствовал себя неловко и хотел лишь одного: чтобы Джесс оставила его в покое. Но, как на грех, деловая часть его мозга нашептывала, что он будет последним идиотом, если пошлет эту дерзкую девчонку куда подальше, не выслушав ее предложений.

– Ничего вы не знаете! Восемь лет назад вы провели тут три месяца, и тогда мало что знали.

– Я хочу вам помочь…

Люк упрямо тряхнул головой.

– Нет, не хотите! Вы хотите содрать с меня деньги, заполучить самый желанный контракт, доказать свою правоту.

– Нет, я… Бросьте, Люк, я вас умоляю! Я уже не та нахальная и не в меру ретивая девчонка, какой была восемь лет назад.

– Я не обязан выслушивать, как вы злорадствуете. Прямо сейчас Сен-Сильв осматривают представители как минимум пяти других компаний, которые могут… – Люк вскинул палец, подчеркивая последние слова, – помочь мне.

– Мне это известно, но я жила здесь, работала здесь – и всегда ощущала некую связь с Сен-Сильвом.

Она показалась Люку искренней, но что он знал на самом деле? За его плечами был обширный опыт общения с людьми, искренность которых оборачивалась желанием обчистить его карманы.

– Просто убирайтесь отсюда, Джесс.

Она вскинула подбородок и бесстрашно встретила его взгляд.

– Нет. Простите, но – нет. Я получу отчет об исследовании рынка и разработаю для вас кампанию. И мне плевать, если вы считаете меня настырной занозой в заднице, – именно так и будет.

Внутри у Люка все заклокотало от ярости.

– Вы нисколько не изменились, верно? Все та же самонадеянная и наглая…

Джесс выскочила из машины, покачнувшись на каблуках, и хлестнула его по груди. Теперь Люк видел, как колотится пульс у основания ее горла, а ее глаза потемнели от… неужели от смущения? Это немного охладило его пыл.

– Вы можете помолчать хотя бы минутку и дать мне сказать? – Голос Джесс задрожал.

Она, казалось, не отдавала себе отчета в том, что ее рука все еще лежит на его груди.

– Я совершенно не умею извиняться, но я искренне сожалею о том, что вела себя так возмутительно. У меня не было ни малейшего права говорить то, что я вам сказала, и вы были правы, уволив меня… в сущности, вы оказали мне колоссальную услугу. Я была нестерпимо бесцеремонна, и я буду в высшей степени признательна, если вы примете мои извинения.