Всего лишь поцелуй

– У вас самый чувственный рот, который я когда-либо видел.

В глазах Джесс Люк заметил искорки нахлынувшего желания – ее здравый смысл на мгновение отступил. Но потом на лицо снова села холодная, вежливая маска.

– Это не самая лучшая идея, Люк. Любой намек на физическую близость может грозить нашему сотрудничеству полным провалом.

– Мы способны вести себя достаточно умно, чтобы разделять чувства и работу.

В ответ на его вызов плечи Джесс расправились, а спина приобрела каменную твердость.

– Чисто теоретически я достаточно умна, чтобы разобраться в теории струн, но это не означает, что я могу это сделать.

– У нас с вами есть одно неоконченное дело, Джессика. Вы знаете это, я знаю это, и мы оба хотим закончить то, что начали восемь лет назад. – Люк скользнул подушечками пальцев по ее щеке.

Глаза Джесс все так же полыхали страстным огнем, даже когда она оттолкнула его руку.

– Люк, позвольте мне предельно ясно объяснить, что я не вступаю в случайные связи, особенно с коллегами, конкурентами и клиентами.

Ему нравились резкий холодок, который слышался в ее голосе, и страсть, дремавшая в ее глазах. Этот контраст возбуждал Люка настолько, что сердце вырывалось из горла, а в паху мучительно ныло и подергивалось. «А это обещает быть занимательным», – подумал Люк. Джесс могла быть взволнованной, но она не собиралась уступать.

Накануне переезда Джесс в Сен-Сильв Люк сидел на краю старинной двуспальной кровати в самых больших гостевых апартаментах особняка и осматривался.

Энджел, его приходящая домработница, сотворила с выделенной Джесс комнатой настоящее чудо. Деревянное изголовье кровати было отполировано до блеска, постель устилало белое льняное белье, а на тумбочке красовались свежесрезанные цветы. Люк бросил взгляд в большой эркер напротив кровати, из которого открывался изумительный вид на горы. Люк не мог понять, почему эта комната с примыкавшей к ней ванной не использовалась в качестве спальни хозяев вместо тесной спаленки в передней части дома, с видом на аллею.

Наверное, так легче было заметить, кто движется по дороге к дому. Друг, неприятель, налоговый инспектор… Или, в случае его отца, любовница. Их у него было множество. Люк помнил этих женщин, носившихся по дому, когда он был ребенком… Уже к семи годам он научился отбрасывать желание привязаться к одной из них – это позволяло ему не реагировать на их неизбежное исчезновение из жизни отца.

Конец ознакомительного фрагмента.