Выйти замуж и влюбиться

Но теперь, увидев ее, у него появились сомнения. Неужели это и была та самая женщина, которую он так долго искал? Маркос обычно выбирал более эффектных подружек, а на такую серую мышку вряд ли бы даже взглянул!

– Вы мисс Брэндон? – повторил он свой вопрос.

Он увидел, как девушка напряжена и взволнована. Наконец она кивнула.

– Я – Анатоль Телонидис. – Его голос звучал тихо, но твердо. – Я здесь по делу моего кузена, Маркоса Петранакоса, с которым вы, полагаю… – он постарался подобрать правильное слово, – знакомы.

Но в его глазах по-прежнему читалось сомнение. Даже если не принимать во внимание ее невзрачную внешность, она вообще была не похожа на тот тип женщин, что нравился Маркосу. Его всегда привлекали блондинки с пышными формами, а не худощавые брюнетки. Хотя, судя по ее реакции, вполне возможно, что она была той самой женщиной, которую он искал, – имя Маркоса ей определенно что-то говорило. И определенно что-то не слишком приятное…

Выражение ее лица изменилось, стало жестче.

– А сам он, значит, так и не решился приехать?

Если девушка хотела его как-то уязвить, то безуспешно.

– Все не так, как вы предполагаете, – сказал он.

Она видела, что гость старается подобрать нужные слова. Какое-то время он молчал, словно собираясь с духом.

– Мне нужно поговорить с вами, – наконец сказал он, – но дело… сложное.

Лин тряхнула головой. Она почувствовала, как в ее кровь хлынул адреналин.

– Не вижу ничего сложного! С чем бы вас сюда ни послал ваш кузен, вам не стоило беспокоиться! Джорджи, его сыну, и без него неплохо.

Лин увидела, как глаза мужчины вспыхнули, увидела промелькнувшую в них тень. Откуда-то вдруг как будто потянуло холодом. Ее зазнобило.

– И все же я должен вам кое-что сказать… – Голос Анатоля звучал сдавленно, видно было, как тяжело ему сейчас говорить.

– Мне плевать, что вы там должны… – начала Лин, которой очень не нравился этот разговор.

Но его глубокий голос остановил ее на полуслове:

– Маркос умер.

Наступило молчание. Но Анатоль просто больше не мог выносить ее презрительного тона, когда речь шла о его погибшем брате.

– Умер? – как эхо повторила она.

– Прошу прощения. Мне не стоило сразу пугать вас такими новостями….

Лин по-прежнему смотрела на него странным застывшим взглядом.

– Маркос Петранакос умер? – переспросила она зачем-то еще раз.

– Разбился на машине. Два месяца назад.