Вынужденная помолвка

– Грейс…

– Грейс, дорогая, я увидела, что у тебя горит свеча, и…

Маргарет, герцогиня Карлайн, вошла в комнату, не постучав. Она застыла в дверях, широко раскрыв глаза. Ее щеки побледнели, когда она увидела эту интимную сцену.

– О господи!.. – выдохнула она, зажав рот рукой. – О боже мой!.. – слабо застонала она. – Я… Я… Извините меня! – Она развернулась и выбежала из комнаты.

Глава 4

Грейс в отчаянии смотрела вслед своей тете; споткнувшись, она опустилась на подоконник, однако успев убедиться, что не сидит на одежде Люсьена Сен-Клера, которую аккуратно сложила там раньше.

Она не только забыла о всякой предосторожности в тот момент, когда Люсьен Сен-Клер заключил ее в объятия, но и ее тетя – тетя Маргарет! – стала свидетельницей этого распутства! Что теперь подумает о ней тетя?

Грейс закрыла глаза, и по ее щекам полились горячие слезы. Она знала, что Люсьен некоторое время постоял рядом с ней, прежде чем отойти снова. Единственным звуком в комнате были ее сдавленные всхлипывания, когда она спрятала лицо в ладонях.

Она вела себя как распутница в объятиях Люсьена. Поощрила его. Ответила на его поцелуи. Наслаждалась ощущением его губ и языка.

Она…

– Ты останешься здесь, Грейс, – нарушил молчание Люсьен.

– Куда вы идете?

Грейс опустила руки, подняла голову и увидела, что Сен-Клер уже в рубашке, бриджах и высоких сапогах.

Что же он за мужчина, если собирается оставить ее разбираться со всем одной? – подумала она.

– Поговорить с твоими опекунами, разумеется.

Выражение лица Люсьена было мрачным, когда он натягивал свои сшитые на заказ жилет и пиджак.

– Моими?.. – Она потрясенно посмотрела на него. – Что вы им скажете? Как вы сможете объяснить… Что они подумают обо мне?

Грейс в отчаянии покачала головой, волосы упали, закрыв лицо, словно черный шелковый занавес.

Люсьен холодно посмотрел на нее.

– Несомненно, они поздравят тебя с помолвкой с братом герцога Стоурбриджа!

Люсьен не мог поверить, что оказался таким глупцом. Таким непроходимым глупцом! В какую игру он собирался играть с этой девушкой? «Один поцелуй», черт побери! Ему следовало уйти из ее комнаты, пока у него был шанс!

Теперь он должен загладить свое распутное поведение, до которого когда-либо опускался, честным поступком.