Выпускной бал в чистилище

Даже лечить мог! Взгляни вот на этот шрам! – Мэгги вскочила и, задрав рукав своей фиолетовой футболки выше локтя, продемонстрировала Джонни запястье. На бледной коже виднелся шрам от ожога, похожий на розовый полумесяц. – Я обожглась… а ты прижал ладонь к ожогу… и вылечил его.

Джонни протянул руку и коснулся пальцами неровного края шрама у нее на руке. Прикосновение было легким, но Мэгги почувствовала, что ее словно пронзило током до самых кончиков пальцев. Как же ей недоставало того, прежнего Джонни, который ее любил! Она бы все отдала, лишь бы его вернуть.

Тоска по нему ударила ее в грудь, как порыв ледяного ветра, и она невольно поежилась. А потом выдернула у Джонни руку и отвернулась. Ей нужно уйти. Она так больше не может.

– Мэгги. – На этот раз голос Джонни прозвучал мягко. На миг ей показалось даже, что это голос прежнего Джонни. – Что еще? Что еще я умел делать? Как я проводил время?

– Ты говорил, что много читал. Иногда ты даже читал мне вслух.

Джонни вскинул брови и недоверчиво фыркнул:

– Ненавижу читать.

Попробуй еще раз, дорогуша.

Мэгги вся подобралась, чуть подняла подбородок. Джонни уже успел запомнить, что это ее боевая стойка.

– Об этом ты мне тоже рассказывал. А еще ты говорил, что прочел почти все книги в школьной библиотеке, потому что это помогало тебе отвлечься.

Он промолчал. Мэгги отвернулась от него и пошла прочь.

– Мы с тобой когда-нибудь танцевали?

Она развернулась и уставилась на него, раскрыв рот.

– Почему ты спрашиваешь? Ты что-то вспомнил?

– Мы с тобой когда-нибудь танцевали? – резко повторил он свой вопрос.

– Да, – выдохнула Мэгги, – мы танцевали. Я люблю танцевать. Ты говорил, что часто смотрел, как я танцую. А потом однажды ты и правда стал со мной танцевать. Ты прекрасно танцуешь. Ты это помнишь?

Он отвернулся, оперся о капот тойоты.

– Мне приснилось, что я с тобой танцевал… но во сне все было не так, как в твоих рассказах. Все происходило в пятьдесят восьмом году и было точно таким, как наяву, – все, кроме тебя.

Я не забыл тот сон. И знаешь, он больше похож на воспоминание. Но ведь этого быть не может. Если только ты не училась здесь в пятьдесят восьмом. – И он взглянул на нее, вопросительно вскинув бровь.

Она покачала головой:

– Нет.

Ей это только снилось.

– Ну да. Я так и подумал.

И он склонился под капот «Камри» и принялся изучать ее внутренности. Мэгги молча наблюдала за ним. Может, он, как и она, просто больше не может все это слышать. Пока не может.